О матерях и сказках

— Никогда прежде не был в королевских дворцах, — тихо сказал он, шагая по коридорам и с восхищением рассматривая блестящие доспехи древних рыцарей, гобелены на стенах и придворных девиц, в туго затянутых корсетах. Солнце разливалось по замку сквозь большие витражные окна, и цветные лучи создавали ту самую мультяшную сказочность, которую обычно представляют девочки после просмотра очередного шедевра Диснея. А за стенами дворца шумело море, разбивая волны о крутые утесы. Расположенный на возвышении Эрингард с широкими улицами, напоминал песчаный замок, выстроенный на пляже усердным ребенком, с крышами из ракушек и прокопанными водными каналами.

У них был даже собственный водопад перед воротами дворца!

— И только поэтому они все еще стоят целыми… — недовольно шипела Клара, тащась следом. Она всем видом показывала, что предпочла бы в одиночку сразиться со всем регентством, чем по доброй воле идти к «алтарю авторских фантазий» и кланяться Аморе.

Из слов Рэда следовало, что министры Бьерна не захотят отдавать власть, выгрызаемую с там трудом у не менее прытких соотечественников.

Значит царевне, грозит быть лишь разменной монетой в очередной политической игре, о чем бы там не говорили волшебные пророчества. Фу, пророчества… Маша провела рукой по голове, словно на нее всё ещё давила корона Бьерна. Сделанная из звеньев, она была больше похожа на цепь, а острые золотые лучи, устремленные в разные стороны, делали ее подобной терновому венцу. Тоже не обещающий счастливого правления образ.

— Удивительное везение, — заметил Галка, разглядывая корону, которую Маша бросила на подушку, — только из одних цепей вырвалась, уже в других оказалась.

Пожалуй, нельзя было лучше описать эту ситуацию. Вместо того, чтобы отправиться в путь, они снова оказались заложниками ситуации. Давно мертвая царевна опять подложила им свинью. И оставалось надеяться, что «игра в платьица» не задержит их надолго.

Гвардеец поклонился королеве и поспешил уйти. Амора же встала и направилась к гостям.

— Встань, Рэд, — махнула она по пути атаману.

Королева плыла по залу, как лебедь по водной глади, ни одна складка на расшитом жемчугами платье не шевелилась от ее движения. Свободный крой наряда скрывал фигуру, делая округлый живот почти незаметным.

— Кто из вас наследница?

— Я, Ваше Величество, по крайней мере, так думают послы.

— А вы так не думаете? — Амора слегка приподняла брови, при этом продолжая смотреть на Машу из-под опушенных ресниц, с ноткой недоверия и строгости.