О матерях и сказках

Клара первая выскользнула за дверь, за ней разбойник, а следом поплелась Маша, волоча за собой камень на поводке. Валун двигался медленно и противно скрежетал по полу. Тришка катался вокруг него, словно смеясь над неповоротливостью нового спутника.

— Слишком медленно и громко, — заметила Клара.

— Согласен, — Галка подошел к Маше и легко взялся за кольцо, вбитое в камень.

— Он весит целую тонну, наверное! — запротестовала она, но разбойник легко попробовал камень на вес.

— Нет, максимум половину. Идем, идем. Туда.

Почему он такой веселый и беспечный? Его же тоже не погладят по голове, если поймают? Галка шел на шаг впереди Маши, и казалось, что он ведет ее на цепи.

— Ты знаешь, как выбраться? — спросил Галка у Клары.

— Я думала, ты нас ведешь?!

— Меня яблоко привело.

— Эй, фрукт на палочке, Тришка!

Яблоко послушно выкатилось к ногам Клары. Она поймала его и поставила на ножку.

— Показывай дорогу.

Тык, тык, тык. Темные своды коридоров тянулись, кажется, бесконечно. Кристалл в руках Клары выхватывал из темноты небольшой кусочек пространства, которого хватало чтобы не споткнуться о брошенные ящики и железные шестеренки.

— Тут негде прятаться.

— И некогда…

Из-за поворота вышла группа гномов. На секунду все замерли. Гномы с кирками и фонарями, напротив разбойника, утащившего из темницы камень и двух пленниц.

— Добрый день, — поздоровался Галка, — нам бы на выход…

— Побег! — заголосили гномы и нестройной гурьбой бросились вперед.

Галка так быстро бросился на утек, что Машу буквально потащило за ним следом. Клара мелькала то слева, то справа, легко перескакивая от стены к стене и уворачиваясь от летящих камней и кирок. Похоже гномы инстинктивно пытались выбить самую прыткую и подвижную цель, что спасло Машу и Галку от ударов по затылку.

Галка резко вильнул в сторону, Маша рванула следом и сразу врезалась в спину разбойника.

— Обрыв! — успел крикнуть он и ухнул вниз.

Клара промчалась над ними, крича и освистывая гномов. Гурьба тяжелой поступью прокатилась следом за ней. Маша проводила их взглядом и посильнее прижалась к Галке. Разбойник застонал от напряжения. Он зацепился за выступ и теперь держал одной, перевязанной, рукой и себя, и Машу, и камень. Свежая повязка на предплечье начала пропитываться кровью.