Ассоциативные безобразия

Сцена была уже сыграна, но кто-то шутил с занавесом. Публика бессовестно полезла на сцену. И не за автографами с признаниями, а видимо за тем, чтобы покрутить у никудышных актёров их бутафорские носы. Из среды «массовки» раздалось недовольное замешательство. Настало время для выхода героя.

— Я от мистера Торреса, — вскочил со стула в ответ на шум незнакомый ночной гость. И тут все увидели, что он мал ещё больше, чем казался сидя за столом. Немцы расслабились, даже как то не этично. Молодой и невысокий мужчина покраснел, поняв, что провалил дебют.

— Видим, что ты не совсем ещё старый… член бригады. — Малыш расставил руки (может быть даже, что вполне произвольно) и слегка надулся, показывая свой бицепсотрицепсный потенциал. Реакция вполне предсказуемая и естественная…

— Корошо, теперь трапеция, крыльишки… — сказал баварец Борис. Незнакомец столкнулся со своим первым и, наверное, самым тяжёлым грузом.

— Говоришь по-немецки? — спросили новичка. Это была уже вольная программа, или даже показательные.

— Не обижается, не обижается, — подошёл к нему Брутто, — ты сам начал этот игра, теперь пенальти.

— Как тебя имя твоё? — баварец посмотрел на малыша изображая ласковую улыбку, получилась скорее снисходительная.

— Адам, — рыкнул малыш: «что я плету?» — подумал он про себя.

— Адам? — Немцы притихли и стали серьёзнее.

— А откуда ты, Адам? — спросил кто-то из немцев.

— Я еврей: «Что я несу? Сегодня же меня уволят…» — Адам слегка зажмурился, немцы не заметили, и даже баварец.

— Гм, еврей? — Бригада побежала к умывальнику и набрала в рот воды.

— Вы что не знаете, что человечество от евреев? — вдруг продолжил «малыш», добивая, по правилам безумия свою безнадёжную смелость наглостью.

— От евреев? — хором спросила бригада.

— Но не от немцев же?! — выплюнул Адам.

— Да, не от немцев. — Отчаянный реваншист собирал свои скудные остатки.

— Подожди, — сказал Брутто, публика стала приходить в себя.

— Нет, мне пора, — вдруг и вправду засобирался куда-то незнакомец Адам.

— Куда тебе пора, ведь ты говориль, что новичок? Ты пришел на работу, не бойся, имя Адольф нету здесь. Даже если бы и есть, что же теперь, из-за одной бешеной всех собак гонять? Мы всех уметь любить и евреев и неевреев. Это есть свободная страна! Добро пожаловат в Аморика!

Для новичка, назвавшегося Адамом, такое поведение «фрицев» было большой перегрузкой.