Путь в Сэльму

Вот что там было написано:

«Мой дорогой Луд, если ты читаешь это письмо, то это значит, что у тебя на лице сейчас безобразные шрамы. Не печалься, мой верный пес, они пройдут через неделю-другую. Так зачем же ты его распечатал?! Ведь я же ясно тебе дал понять, что открывать его нужно только в Сэльме и только в Доме порядка. Это было испытание, мой дорогой Луд. В Доме порядка мой человек должен был взять это письмецо и просто выкинуть, он знает об этой моей затее. Хотя, может быть, и нет никакого моего человека. Пусть эта загадка будет еще одним испытанием.

И ниже были дописаны короткие стихи:

«Лишь обнажится тайна,

Как ты получишь в срок

Болезненный, отчаянный

Кислотный злой плевок»

Пленники подняли взгляд на главу разбойников, дав понять о завершении чтения письма. Разбойник немного помолчал, сурово глядя на своих допрашиваемых, и спросил:

- Выходит, вы направлялись в Сэльму, так? – его взгляд мог приковать кого угодно, - Так, я спрашиваю?! – он повысили голос.

- Так точно, в Сэльму, в Обитальню порядка, - ответил за двоих Мирон, - Вот-вот начнется осенний набор в их ряды, и наш предводитель Луд...

Клясень хотел пихнуть Мирона в бок, дабы тот не проговорил лишнего, но того перебил разбойник.

- Будешь подробно рассказывать, когда я попрошу, а пока отвечай на мои вопросы! – рявкнул он громогласно, - Назовите свои имена, паршивцы.

- Это Клясень, - указал кивком головы Мирон, - А меня звать Мирон, но когда я родился, отец хотел назвать меня Митрофан, а мама – Газадоном, но в итоге.

- Заткнись! – стукнул по столу разбойник, глаза которого наполнились яростью, - Ты разве не понял, что мои короткие вопросы требуют от тебя коротких ответов? Короткий вопрос – короткий ответ! Эй, ты! – он вдруг обратился к одному из своих подопечных, высокому и коренастому громиле со зверским лицом, - Отлупи его хорошенько!

Громила с явным предвосхищением показа своей силы подошел к пленникам, схватил за воротник почему-то Клясеня, а не Мирона, на которого указал главарь, и с размаху ударил пастуха по голове.

- Вообще-то я имел в виду этого хряка, - обратил внимание главарь на промашку своего человека, - Но можно и этого, пусть привыкает, таковы наши порядки.