Путь в Сэльму

- Да идите вы далеко и надолго! – разругался Велемир, вставая с холодной земли, - И я же просил больше не называться меня так! Вяленый, вяленый... Тьфу!

- Не знал, что у вас такое прозвище. Мне кажется, оно вам не подходит.

- Кто здесь? – вздрогнул Велемир, - А, это ты... Я вижу, собрал ты уже крыжовника моей Белославе. Так что же, можно и выпить, значит? Ты, кажется, говорил, что все-таки у тебя что-то есть. Фу! – он зажмурился, - В этих кустах одни дохлые кошки, да? Неужели я так же буду вонять, когда сдохну, а?

- На ваши вопросы ответ один, - Амитас посмотрел на дорогу, куда бросил бутылку, - Не настойка была в бутылке, а какая-то трупная жидкость.

Даже самый отъявленный пьяница не будет пить такое.

- И этим ты собирался меня угостить? Разочаровал ты меня еще раз, - грустно вздохнул Велемир, - Проку от тебя мало. А давай сходим обратно в трактир вместе? Ты отвлечешь всех, а я быстренько захвачу самогонку?

Амитас промолчал в ответ. За то немногое время, которое он провел вместе с отцом Белославы, он успел проникнуться к нему уважением за прекрасную дочь, отвращением за неисправимое пьянство и просто жалостью.

- Да не бойся ты, уверяю тебя, - продолжал настаивать Велемир, - Пошли! Что встал как вкопанный?

- А теперь оба не двигайтесь и оба стойте как вкопанные.

Этот неизвестный сиплый голос прозвучал откуда-то из темноты, где утопали во мраке ночи кусты крыжовника. Очертания загадочной тени вырисовывались оттуда, и лишь жуткий зловещий голос давал понять, что там притаился человек.

Амитас и Велемир застыли в неподвижности.

Посторонние звуки словно растворились в могильной тишине того места, откуда доносился жуткий голос. Из той тьмы, откуда искатели ингредиентов услышали голос, вышла фигура человека, скрытая серым плащом. Просторный капюшон закрывал его глаза, и лишь небритый подбородок могли лицезреть наблюдавшие искатели.

Он вышел из темноты, он был вооружен луком, нацеленным то на одного, то на другого путника. Ночной гость совсем немного подошел к ним поближе, держа их на расстоянии неподготовленного выстрела.

- Не вздумайте убегать или, что еще глупее, нападать на меня, - пригрозил он своим хрипловатым голосом, - Выпустить две стрелы в обоих из вас у меня займет меньше времени, чем вам подумать об этом.

Лицо Велемира пропиталось смесью страха, отчаяния и растерянности. Амитас, который при любом исходе никогда не терял живительного огня в глазах и всегда, как всем казалось, слегка улыбался, на этот раз был безрадостнее покойника.