Зеленый блокнотик

Наверное…

– Ох, какая ты… Вот вроде бы и не дура, а – дура. Как это у вас, у людей, устроено? Сколько веков уже мотыляюсь за вами, но никак не разберусь.

– А котенок – это тоже ты был?

– И котенок. И билетерша в трамвае, которая тебе сказала, что ты очень красивая и светишься. И вахтер в университете, на которого ты вызверилась, когда он придирался к твоему пропуску и ты чуть не опоздала на вступительные экзамены. Потому что тебе надо было опоздать! Потому что нечего тебе было делать на этом дурацком экономическом.

Но нет же, где не надо, мы прем как танк, – распалялся ангел, припоминая Зое Петровне все благополучно проигнорированные ею подсказки и знаки.

– Ну а что бы я делала-то по жизни, если бы не экономический, – робко пыталась она защититься. – Песни бы пела, что ли…

– А хоть бы и пела – смогла бы! Талантов тебе отмеряли море – и музыка, и танцы, и умение слышать людей. А ты что сделала? Превратилась в сухарь, в мегеру какую-то. Тьфу! – по круглому лицу ангела прокатилась грозовая тень.

– Но я… Но мне…

– Я, мне, – передразнил ее ангел. Он явно не был гуманистом. – Все у тебя было для того, чтобы жить. Жить, понимаешь? Жить, а не существовать, круглосуточно коптя небо своими черными мыслями. Вредительница!

– А что, кому-то от этого стало хуже? – огрызнулась Зоя Петровна. – Раз уж я такая ненужная всем получилась.

– Эх, Зоя, Зоя… Ну как же ненужная? Очень даже нужная. Помнишь, ты соседке своей, Марии Дмитриевне, подарила букет, который тебе преподнесли на какой-то юбилей, а ты, – голосом самой Зои Петровы процитировал ангел, – “терпеть не могу эти веники”.

Мария Дмитриевна этот букет так берегла, каждый день меняла цветам воду, а из черенка вырастила домашнюю розу. Она до сих пор цветет – как соседка твоя умерла, розу внучка себе забрала. Ухаживает за ней, говорит, что это будто бабушка рядом…

Зоя Петровна часто-часто заморгала, пытаясь смахнуть подступившие слезы. Она никогда не плакала. Никогда.

– А помнишь Максима? – продолжал ангел.

– Знала бы ты, как долго я его к тебе вел! Знала бы ты, какие сокровища он хранил в своем сердце – специально для тебя. А ты…

Зоя уже сама знала, что она. Перед глазами стояло растерянное, бледное лицо Максима, который только что, сияя улыбкой, протянул ей охапку июньских ромашек и предложил стать его женой. Она со стороны слышала свой, показавшийся теперь таким холодным и жестоким голос: “Макс, ты, конечно, хороший парень, но не для меня.