Туманность Андромеды

Я лежал на лужайке в саду и смог подняться настолько, что дотронулся рукой до верхних ветвей растущей там липы. Сила тяжести больше не была для меня препятствием. Моя воля ее преодолела!

Все свои опыты и наблюдения я держал в строгой тайне, поскольку, во-первых, опасался, что распыление этого знания помешает концентрации моей воли, во-вторых, я решил лишь тогда обнародовать свое открытие, когда буду иметь в руках надежное научное доказательство, которое избавит меня от любых сомнений.

Должен признаться, что год моих тайных изысканий не сделал меня счастливее, хотя тщеславие мое строило грандиозные планы на будущее.

Поскольку вместе с непосильными нагрузками на нервную систему росла и моя чувственность, я нередко опускался до того, что использовал свою внутреннюю силу для завоевания женщин.

Эти победы доставляли мне мимолетное удовольствие, но и вызывали постоянное беспокойство, приводили в смущение, особенно, когда во мне бывали затронуты душевные струны.

В таких случаях я начинал испытывать отвращение к этой своей тайной силе. Моя мужская гордость заставляла ждать, пока меня полюбят без принуждения, однако само сознание, что женщин толкает ко мне в объятья лишь моя собственная воля, рождало во мне тяжелые сомнения и отравляла даже небольшие удовольствия.

И хотя сегодня я думаю, что некоторые женщины действительно меня любили, все же одна из них, Эрна Мария, вызывавшая во мне подлинную страсть, холодно меня избегала, стоило мне на несколько часов подавить в себе свою тайную волю.

Глубоко разочарованный, мучаясь физически и духовно, я улетал высоко в горы, к своему старому другу, леснику.

Сам он жил в долине, но еще выше, там, где прекращается всякая растительность, лепилась его уютная служебная сторожка, все убранство которой составляли камин и кровать. В двух шагах от ее стены брал начало маленький звенящий источник.

Однажды утром я поднялся в это убежище, где моими соседями были лишь серны, да любопытный олень порой забредал ко мне в ости.

Дни там стояли теплые и солнечные, ночи прозрачные и нежные. На третью ночь я проснулся от какого-то кошмара, в холодном поту. Чувствуя духоту, я решил перебраться на открытый воздух. Взяв матрас, подушку и одеяло, я устроился на выступе скалы, поросшем мхом, чуть выше моей хижины.