Между ангелом и бесом 2

Сначала он оторопело наблюдал за лохматым клубком, катающимся по полу, потом, увидев в куче звериных тел человека, кинулся на помощь.

И вовремя, так как чёрт, потерявший много крови в неравном бою, потерял сознание.

Альберт поднял друга на руки и, стараясь ступать осторожно, понёс его к выходу.

- Гуча, - выдохнула Брунгильда.

Она выронила меч и побежала. Забыв о войне, о том, что на неё смотрит её армия, Брунгильда Непобедимая рыдала в голос, не в силах поверить, что никогда больше не услышит мужа, не окажется в его сильных объятиях, а на полянке в саду появится ещё одна могила.

- Гученька, - закричала она, впервые в жизни испытывая панический страх.

- Тихо ты, - остановил её Полухайкин, и, понимая, что сейчас испытывает Брунгильда, успокоил :

- Жив он, так, вырублен немного, но не жмурик, в натуре, не жмурик!

Практичная Марта, увидев, что с её собственным мужем всё в порядке, уже несла перевязочный материал. Она быстро наложила повязки, зашила те раны, что требовали штопки, а остальное доделала подоспевшая Гризелла.

Гризелла во всю костерила Тыгдынского коня, обзывая его рухлядью и тихоходом. Она, привыкшая к передвижению по небу и к большой скорости, которую развивала метла, как не злилась, но не смогла заставить упрямого Тыгдына скакать быстрее. Тот, боясь сломать ногу, двигался не только осторожно, но и медленно.

Тренированная Брунгильда бережно подняла мужа и, не доверяя никому драгоценную ношу, аккуратно взобралась на коня. Она так и ехала до самой Крепости – прижимая его к груди.

- Бруня, - прошептал Гуча, на минуту приходя в сознание, – Бруня, я что, опять тебя победил?

- Нет, сегодня ты победил обезьян. Мне Альберт рассказал – это было труднее, чем тот бой, пятнадцать лет назад. Ты герой! Такую битву выдержал! – Брунгильда нахмурилась и добавила:

- Вот только не пойму – зачем?!

Но Гуча снова потерял сознание.

Обоз Марты и короля Полухайкина давно свернул на дорогу, ведущую в Рубельштадт.

Прекрасная Гуль-Буль-Тамар, получив известие о том, что вода вернулась в колодцы благословенной Фрезии, сразу потеряла интерес ко всему и направилась домой, во дворец. Таксисты потянулись следом длинной вереницей.