Между ангелом и бесом 2

Они прямо-таки светились предвкушением большой пакости и потирали руки.

Но Альберт и не подумал оглянуться. Он рванул на себя дверцу и ступил в тёмный коридор. Где-то далеко слышалось гудение, такое, будто под землёй течёт река. Полухайкин прислушался и решил, что на шум воды это не похоже. Так могло бы шуметь стадо животных – где-то вдалеке. Представив, что сейчас чувствует Мексика – одна, среди обезьян, взволнованный отец перешёл на бег. Мимолётом он подумал о Бенедикте. За Гучу Альберт не волновался, а вот ангелок представлялся ему ещё беспомощнее, чем пятилетняя Мексика.

Как он там справится?

Глава 8

Бенедикт долго шёл по левому коридору. В отличии от тех путей, по которым пошли его друзья, этот проход был сухим и светлым. Свет был приятным, голубоватым, в его дымке стены подземного хода искрились кристаллами горного хрусталя и полевого шпата. Местами на стенах виднелись пятна кроваво-красного гематита. Под ногами, лаская слух, шуршал тонкий песок.

Бенедикт расслабился и подумал о том, что в таком красивом месте опасности не должно быть.

Как там сказано? Женатым умрёшь? Ангел улыбнулся. Это вряд ли. Та, что обитает в подобном месте, должна соответствовать окружающей её среде. Она должна быть загадочна, как дымка света и прекрасна, как кристаллы горного хрусталя. Она должна быть страстной, будто кровавый гематит и нежной, как песок под ногами.

Подземный ход стал шире и выше, и Бенедикт не заметил, когда коридор расширился до размеров пещеры. Ангел просто остановился и замер.

Он с восхищением осмотрелся.

Пещера была огромной. Хрустальные колонны уходили куда-то вверх, поддерживая теряющийся в голубоватой дымке потолок. Где-то по середине колонн шёл балкон, опоясывая пещеру по периметру. Разноцветными огнями мерцали огромные друзы кристаллов – рубины, топазы, и опять же хрусталь, придавая пещере невероятно сказочный, волшебный вид.

В центре этого зала стояли четыре столба – кажется, сделанные из золота. Меж ними, на золотых же цепях, покачивался прозрачный ящик.

В нём, на мягких одеялах, лежала девушка.

Бенедикт, будто зачарованный, подошёл ближе, поднялся по ступеням и откинул крышку ящика. У него даже и мысли не возникло, что ящик этот называется гробом, и что красавица не вполне жива. Впрочем, в этот момент в голове ангела мыслей не было вообще. Чувства затопили его душу. Такие сильные чувства, каких Бенедикт не испытывал никогда.

Затаив дыхание, он рассматривал прекрасную незнакомку.