4 В для ведьмы, или Отбор наперекор

Вы бы знали, как долго советники убеждали Его Устрашающее Величество в этом. Но он у нас такой…

— Упрямый? — предположила я.

— Скорее непримиримый. Не любит он, когда ему что-то навязывают. Даже жену. Потому так долго не соглашался на Отбор. И вообще, он только недавно стал активно проявлять интерес к происходящему в первом туре.

Из всего предложенного инвентаря мы выбрали сапоги-скороходы — ну те, что помогают преодолеть путь быстрее и при этом не натирают мозоли. Еще взяли плащи с капюшонами: Элли, разумеется, выбрала красный, Малика взяла зеленый, а мне достался голубой.

— Любимый цвет нашего господина, — улыбнулся в мой адрес Гарольд.

— Заметила, — мрачно отозвалась я.

Но плащ не вернула: без разницы, какого он цвета, главное, что в нем всегда тепло, сухо и даже насекомые не кусают. По крайней мере, так обещал Гарольд.

— И вот это возьмите, — он передал нам закопченный котелок, немного протерев его рукавом, — а то, и правда, обессилеете без горячей еды.

Вернули нас туда же, откуда забрали.

Ближе к ночи мы вышли к берегу озера.

— Пи-и-ить! — тут же очнулась моя колючка. — Пи-и-ить!..

Она так шустро поскакала к воде, что я даже ответить не успела. Обмакнув головку в воду, она стала так жадно и звонко лакать, что я не удержалась от короткого смешка.

— Она все не выпьет? — засомневалась Малика.

Чем больше она пила, тем сильнее разрасталась. И вот на берегу уже рос не маленький кустик, а настоящее дерево. Такое уж точно у меня на плече не уместится.

— А она не лопнет? — поинтересовалась Элли.

Я попыталась оттащить колючку от воды, но куда там. Она врылась в берег корнями и так жалобно запричитала, что мне пришлось махнуть на нее рукой.

— А что-нибудь еще она говорит, кроме «пить»? — поинтересовалась Элли.

— Не знаю, — я развела руками. — Ни разу не слышала.

Колючка все пила и пила, девчонки даже начали делать ставки: на сколько ее хватит. Но вода в озере все не убывала. Зато росла головка колючки, раздуваясь до размера приличного воздушного шара. Сначала она приобрела золотистый оттенок, а после и вовсе засияла.

И вдруг раскрылась, просто распавшись на две половинки.

— Не поняла! — заявила я, поднимаясь и направляясь к берегу.