4 В для ведьмы, или Отбор наперекор

И посмотрел почему-то на меня. Я едва не поперхнулась от подобной наглости. И только было хотела разразиться гневной обличительной речью, как поняла, что приглашали вовсе не меня.

А мою колючку.

Восседая на моем плече, она смущенно прикрыла головку листиками и — о, Боже! — порозовела.

— Иди, не стесняйся. Моя малышка, — снова позвал дракон.

Я и не знала, что его голос может быть таким чувственным и нежным. У меня самой аж мурашки вдоль спины пробежали.

Колючка тем более не смогла удержаться. Сползла на стол и, шустренько перебирая корешками, направилась к дракону.

— Как это мило… — прошептала растроганная Малика.

Элли аж слезу смахнула, с умилением наблюдая за тем, как дракон своими огромными лапами гладит маленькую колючку.

— Ничего не мило, — недовольно пробормотала я. И слегка прикрикнула: — Предательница!

Колючка тотчас поняла, кому это адресовано. Слезла с шеи дракона и опасливо направилась обратно. Вскарабкалась на мое плечо. Коснулась прохладными колючими листиками моих разгоряченных щек.

— Ладно уж, прощаю на первый раз, — смилостивилась я.

И едва удержалась от того чтобы не показать дракону язык. Ишь, чего придумал, мою питомицу на свою сторону переманивать!

Доедали мы в дружном молчании. Мне показалось, или Калбельдед перестал рассматривать нас так откровенно? Может быть, у этого златогривого коня... Тьфу, дракона! Вдруг, у него все же есть совесть?

— Гарольд! — окликнул он в конце трапезы.

На его зов тут же явился уже знакомый нам серый оборотень.

— Слушаю, Ваше Устрашающее Величество! — браво отчеканил Серый и встал по стойке смирно перед креслом господина.

— Выдай девушкам другую одежду, более подходящую для путешествия, — распорядился дракон. — И что-нибудь из магических артефактов — только попроще, чтоб и новорожденная магичка справилась.

При этом он так откровенно глянул в мою сторону, что ни у кого не осталось сомнения в том, почему и для кого нужно попроще.

В связи с этим благодарить его за щедрость я не стала — уж очень сомнительной она мне показалась. Малика проявила солидарность и ограничилась легким поклоном. Элли что-то неразборчиво пробормотала: не то «спасибозавашущедрость», не то «снеситевашудурость».