4 В для ведьмы, или Отбор наперекор

— Все верно, это был замок семерых братьев гномов! — объявил кто-то совсем рядом с нами.

Мы с девчонками одновременно отпрыгнули. Гарольд не отреагировал никак, сохраняя приличествующее должности спокойное выражение лица.

А рядом с нами стоял тот самый аглиарх, который устроитель отбора. Сегодня на нем был идеально белый костюм, словно он не в лес собирался, а на светский раут. Блокнот и перо, что он держал в руке, отблескивали золотом.

— А ты здесь что забыл?! — возмутилась я. — Не мог как-то предупредить о своем появлении? Покашлять, что ли, для приличия.

На мою гневную триаду он не обратил ровным счетом никакого внимания. А вот на спешившуюся Малисенту очень даже.

— Ты мне троюродный брат или как?! — она чуть не с кулаками набросилась на демона. — Не мог предупредить?

— Не мог, — аглиарх Лаберт развел руками и вжал голову в плечи, одновременно обнимая себя крыльями — видно, в качестве защиты от гнева сестренки. — Ты же знаешь, что нам это запрещено. И вообще, ты бы поменьше упоминала о родстве.

— А мы уже слышали, — хмуро заметила Малика.

— Ну и что?! — разъяренная Малисента бросилась уже на нас. — Кто вас будет слушать, убогих? И вообще, на Отбор я попала за собственные заслуги.

— За собственные и сойдешь с дистанции, — тихо, но уверенно добавила Элли.

Кажется, она больше нашего знала о правилах.

— За достижения семьи и из уважения к нашим предкам Малисентане покинет Отбор, но вернется к началу испытания, — горделиво произнес аглиарх. — Таково наказание господина Тиарона Имануила Мангулора Калбельдеда Али.

Мы с таким решением не согласились. И готовы были оспорить его.

— Какое отношение предки имеют к невестам?! — возмутилась я. — Дракон же не на предках женится.

Девочки дружно покивали. А Малисента до того разъярилась, что вскинула руку, сопровождая жест каким-то заклинанием. Уж она-то явно поднаторела в боевой магии. Воздух вокруг аж задымился от ее злобы.

Аглиарх вовремя блокировал удар сестренки и, удержав ее за руку от нового выпада, строго предупредил:

— Не усугубляй.

Сказав это, он крутанул рукой, создавая воронку, в которую и погрузилась Малисента, исчезнув из нашего поля зрения.

— А вы, — он обратился к нам так, словно видел перед собой нечто дурно пахнущее. Даже нос скривил. — Вы отправитесь на завтрак к нашему господину. В качестве поощрения, хотя я и не понимаю, за какие именно заслуги.

Он хмыкнул, а мы переглянулись.