Черный гондольер

Под зарослями осоки почва довольно топкая, хотя в жаркую погоду и когда не очень высокий прилив, высыхает и спекается; там и сям ее прорезают русла ручейков, оставшихся от прилива. Даже при легком ветерке стебли осоки начинают с жутким сухим шелестом тереться друг о друга.

С востока какие-то поля, а за ними Бейпорт. В Бейпорте нечто вроде летнего курорта, и некоторые дома у них там на сваях из-за штормов и приливов. Есть небольшая гавань для рыболовных суденышек – крабов у побережья просто масса.

К югу от укрытия – пыльный проселок, выводящий на бетонную автостраду.

Ближайший дом только где-то в полумиле.

Был уже почти вечер, когда мы с Глассисом туда заявились. Продуктов мы взяли на пару дней, в расчете на то, что Ларсен пожелает остаться. Потом, почти перед самым закатом, услышали, как во двор поворачивает купе Ларсена, и я вышел, чтоб поставить машину в гараж и принести из нее чемодан. Когда я вернулся, Ларсен о чем-то толковал с Глассисом. Мужчина был он крупный, поперек себя шире, с плечами как у борца.

Голова почти лысая, а что осталось от волос – грязно-желтоватого цвета. Глазки у него были маленькие, а лицо не отличалось особой выразительностью. Где-то в столь же невыразительной манере он и буркнул:

– М-да, вот Инки и вляпался.

– Эти чертовы дюгановские бойцы наверняка давно на него зуб точили, – вставил я.

Ларсен кивнул и нахмурился.

– Вот Инки и вляпался, – повторил он, подхватывая чемодан и направляясь в спальню. – Ну а я планирую побыть тут несколько деньков, поскольку они и мне на хвост сели.

Я хочу, чтоб вы с Глассисом тоже остались.

Глассис мне дурашливо подмигнул и пошел заниматься готовкой. Я включил свет и опустил шторы, бросив обеспокоенный взгляд на дорогу, которая была совершенно пуста. Перспектива проторчать несколько дней в уединенном домишке в ожидании своры бандитов, которые так и мечтают всадить в тебя пулю, мне совсем не улыбалась. Глассису, по-моему, тоже. Мне представлялось, что для Ларсена было бы куда лучше, если б его самого и город Нью-Йорк разделяла бы по меньшей мере пара тысяч миль.

Но поскольку Ларсена я знал хорошо, у меня хватило ума воздержаться от каких бы то ни было комментариев.

После консервированной солонины с бобами и пива мы развалились вокруг стола, попивая кофе.

Ларсен при этом вытащил из кармана автоматический пистолет и принялся с ним играться, и в этот-то самый момент я и заметил, что пистолет был Инки. Где-то еще минут пять никто не произносил ни слова.