Синдбад

– Вот же наказание на мою голову! И зачем я только приобрел эту игру! – произнес Сорви-голова, взбираясь на топчан. – Целыми днями только и делают, что режутся в нее. Присаживайся, друг Кошкандыр.

– Я постою.

– Садись, тебе говорят! – прикрикнул на пирата Синдбад.

– Да пожалуйста!

Кошкандыр полез в угол топчана и развалился на подушках, выставив грязные пятки прямо в лицо Синдбаду. Тот решил не связываться с наглым пиратом и подсел к Сорви-голове. Прибежал Абдулла с чайником и тремя пиалами.

– Спасибо, дорогой, – поблагодарил Сорви-голова, когда мальчишка расставил посуду на дастархане.

– Вот мы и встретились с тобой вновь, – сказал Сорви-голова, самолично разливая чай в пиалы.

– Ну, встретились, встретились, – проскрипел Кошкандыр, принимая протянутую ему пиалу. – Дальше-то что?

– Нельзя ли повежливее? – одернул его Синдбад, которому уже порядком надоело миндальничать с пиратом.

– Погоди, – остановил Сорви-голова. – Вот ты – пират, – обратился он к Кошкандыру.

– Только не надо мне морали читать!

– А это не мораль, а истина, от которой не скроешься, – прищурился Сорви-голова.

– Скроюсь, если надо будет.

– Так ты – пират, – повторил Сорви-голова.

– Ну, пират, дальше что?

– Вот я и спрашиваю тебя: что дальше?

Кошкандыр только фыркнул и отхлебнул из пиалы.

– Мы уже с тобой почти старые люди, а чего ты добился в жизни?

– Меня уважают мои люди, – поразмыслив, заявил Кошкандыр.

– Они боятся тебя, а не уважают.

– Пусть! Меня все боятся.

– Никто тебя не боится, – поморщился Сорви-голова. – Твои люди предадут тебя, если им будет выгодно. Как раз сейчас они пытаются уйти от наказания, вешая всех собак на тебя. И тебе это известно не хуже моего. А остальные – что ж, от страха до ненависти и ярости всего один шаг. И если те, кто тебя боятся, однажды соберутся в один могучий кулак…

– А тебе-то что за дело? – усмехнулся Кошкандыр. – Никак жалеть меня вздумал? Сыт я по горло твоей жалостью.

– Жалеть? Да, мне жаль тебя.

Кошкандыр надул щеки и ничего не ответил.

– Вот видишь, – горестно покачал головой Сорви-голова. – Ты весь соткан из злобы. Не пойму, откуда в тебе ее столько накопилось? Ведь был такой хороший мальчик.

– От тебя! – выкрикнул Кошкандыр, приподнявшись на локте. – Все от твоей обходительности. Кошкандырчик, тебе помочь? Кошкандырчик, а хочешь, я тебе?..