Голубиная книга (часть 1 Змей Горыныч)

И о том, что во многих государствах дурь разную жгут, да дым нюхают, тоже слышал не раз. И как потом от дури той наркотической совсем неразумными да заторможенными делаются, царевич воочию видел, когда в царство Хызрырское с послами ездил. – Эти бесы наркотической зависимостью обладают премного вредной. Вон козьи ножки-то у них, поди не табаком забиты, а дурман травой! А поскольку они в огне, аки в воде моются, огнём питаются, то сжечь их возможности нет. Напротив даже – бесам этим твой огонёк, Горыныч, что хмельна сурица, они такой крепости отродясь не пробовали.

- Да ну их, - змей махнул хвостом, да пошёл по дороге, Власий меч в ножны сунул, да рядом с побратимом зашагал.

А бесы, одержимые наркотическим кайфом, следом поплелись, шатаясь, да бред разный вслух медленными языками высказывая.

- Пошли прочь!!! – Вскричал царский сын, но реакции не дождался. Тогда плюнул он в сердцах, и совсем перестал обращать на бесов внимание.

Дорога обогнула тёмную гору, и пошла по дну глубокого ущелья.

А на отвесном краю того ущелья замок высился, что из костей сделан был.

В замке том, в горенке девичьей, сидела Усоньша Виевна, да маялась бездельем. Буря Яга, нянька верная, вокруг неё бегала, чесала скребницей щетину на рогатой голове воспитанницы, пытаясь изобразить модную укладку.

- Ох, нянька, чтой-то взгрустнулось мне, - пожаловалась Усоньша Виевна, тяжко вздыхая огромной бочкообразной грудью.

Буря Яга мигом скребницу в сторону отбросила, руками всплеснула, да запричитала:

- Ой, дитятко, смотрю, тебе не только взгрустнулось, но и взбледнулось есчё!!! Смотри, как чернота от лица-то отхлынула!!! Не заболела ужо?!!

- Нет, нянька, здоровая я, - лениво отмахнулась Усоньша Виевна, - только тоска грызёт зелёная, на манер сплину аглицкого.

Поставь, что ли, зеркало волшебное, может, чего интересного передают.

Буря Яга мигом все колдовские инструменты на стол выложила, зеркало волшебное установила, да лапкой куриной помахала. Усоньша Виевна, лебедь чёрная, устроилась в кресле поудобней, приготовилась к просмотру новостей царства Пекельного.

И показало зеркало такие новости, что в миг и тоска, и сплин от великанши чернолицей отвязались. Отразился в стекле Власий, царский сын. Шагал он по царству Пекельному, что по своей вотчине, и со змеем трёхголовым разговаривал.

- Красоты девицы той словами не описать, - говорил Власий, - глаза, что ночь чёрные, волос – цвета крыла ворона.