Голубиная книга (часть 1 Змей Горыныч)

И умные книжки к тому времени ему изрядно опостылели. Не всему Горынычу, как следует заметить ради справедливости, а двум головам его – средней и левой. Тем, что звались Старшим и Озорником. Что касается правой головы, которая считалась младшим братом и звалась Умником, так будь на то его единоличная воля, он бы библиотеки и не покидал вовсе. Так бы и закопался в ворохи многовековой премудрости.

Та голова, которая себя Старшим называла, решила вылазку на балкон устроить, строго-настрого запрещённую воспитателем.

А Озорник просто хотел спать, что собственно, и привёл в немедленное исполнение.

- Нельзя, Старшой, тятенька ругаться будет! – Мечтая вернуться в библиотеку, заныл Умник.

- Тятенька всегда ругается, - сказал Озорник, но глаз не открыл.

- Ты уже просыпайся, - прорычал Старшой. – Спишь себе, а мы таскай тебя за собой!!!

- Не надорвись, - хихикнул Умник, - сам организмом управление экспроприировал, а теперь возмущаешься. Кстати, мне бы тоже хотелось узнать, зачем тебе приспичило на балкон?

Старшой ответил только когда вышел под яркое солнышко и упёрся лапами в хрустальные перила.

- Летать учиться будем, - прорычал он, жадным взглядом окидывая окрестности.

- Я категорически отказываюсь, и попрошу меня в авантюры не втягивать, - завопил Умник и отпрянул. – Эти летательные варианты чреваты летальным исходом!!!

- А мне эта тема очень даже импонирует, - отмел возражения Старшой.

- А вы где таких слов ругательных нахватались, - поинтересовался Озорник и потянулся спросонья.

И, поскольку команды организму получились неслаженные, а со стороны Умника даже панические, то не справился Горыныч с управлением организмом, и сорвался с балкона. Кувыркнулся он и полетел вниз, до полусмерти перепугав пролетевшего рядом сокола. Тот от удивления тоже перестал махать крыльями, в свободном парении наблюдая столь забавную и непонятную картину. Горыныч вопил из всех трёх глоток, причём на разные голоса, а сквозь ор ещё и ругань прослушивалась.

- Спасите!!! – орал Озорник, глядя, как стремительно приближается земля.

- Тятенька, - плакал Умник, мысленно уже успевший разбиться в мокрую лепёшку.

Для Старшого время вдруг замедлило свой бег. Растянулось, помогая справиться с помехами, которые устроили братья. Посмотрел он на парящего сокола, понял, что с крыльями надобно делать.