Паж его величества

Его лицо, да и вся фигура, оказались массивными, словно грубо высеченными из большого куска скалы. С его головы, будто водоросли с мокрого камня, спускались на плечи длинные черные волосы.

Да не человек это вовсе. Глаза у него отливают, как у зверя в темноте. Это тролль был собственной персоной.

Я не слышал, как он подошел, да никто из нас не слышал. Значит, он все это время был здесь. У меня сердце ушло в пятки, потому что я оказался к нему ближе всех.

Он обстоятельно нас рассмотрел. Возникло чувство, что нас оценили и записали в непитательную закуску, столько было неодобрения в немом молчании и звериных глазах, в которых горел совсем не звериный разум.

Тайран очнулся первым. Я слышал, как он тихонечко освободил свою перевязь, а потом герцог вскочил и лихо выхватил меч, делая шаг. За ним вскочила Ирия, она молниеносно, прямо в движении, выбросила руки вперед, словно хотела тролля толкнуть.

Ничего не произошло.

Тролль так и стоял, как вкопанный, и в его лице — это было настоящее лицо, пусть и грубое — промелькнула насмешка.

— Моей магии… нет…

У меня тошнотворно засосало под ложечкой, и я безнадежно поглядел на Тайрана с блестящим (мною отполированным) клинком в руках. Сколь бы ни был хорош этот меч, с ним против тролля не повоюешь.

— Почто явились?

Голос был утробный, низкий и рокочущий, и он прокатился по пещере раскатистым эхом. Он звучал от каменного великана, но в то же время будто отовсюду.

Тролли, они, знаете… да в общем, туповатые. Речь их трудно различить, да и на болтовню редко размениваются, обычно сразу нападают. И выглядят они не настолько… ээээ… выверенными. Этого, его будто зодчий какой вытесал. У троллей бугристая, землистая шкура, глубоко посаженные глаза, и одежды у них нет, прикрывать, извините, нечего.

Но если меня это озадачило, мягко говоря, то его благородие ни капельки. Тай очертя голову как кинется на него. Воинственный вопль разбух в пещере и разбился о ее стены, превратившись в удивленное клокотанье.

Тайран с открытым ртом, с занесенным мечом, медленно опустил голову. Мы с Ирией уставились на тайрановы ноги, заключенные в каменные оковы. По колено его благородие поглотил камень — намертво.

— Это как же… — выдохнула Ирия, оглядываясь на тролля.

Тот вдруг окутался мглой, и когда она рассеялась, мы увидели мальчишку среднего роста. Его зеленые глаза мигнули, как у большого кота.