Паж его величества

Его светлость посылал депешу в столицу, но мы не знаем, дошла ли она.

Так Тай рассказал ей. Принцесса глянула на мать, и та качнула головой.

— Я взял на себя смелость обещать им узаконить договор, чтобы они могли мирно сосуществовать с нашими людьми.

Его величество рассмотрел рисе, потом глянул вниз, где перекрикивались солдаты и тяжело топали другие маги земли, растаскивая завалы и доставая застрявших, еще живых. «Лекаря!» — завопили там.

— Пошел! — гаркнул Аластор придворному врачу. Тот стал было что-то блеять, но был уверенно послан на помощь в замковый двор.

После король нашарил взглядом какого-то своего советника и потребовал перо, чернила и гербовую бумагу. Все возражения были задавлены в зародыше, и вот на наших глазах договор на словах превратился в королевский документ.

Трясущийся советник сделал несмелый шажок, держа копию в вытянутой руке. Эльза вздохнула, настойчиво вытянула договор из его пальцев и вручила его рисе.

Валхар не сразу, но взял его. Мне подумалось, что бумага не больно-то ему нужна.

Зато взамен он подобрал с пола небольшой осколок. Кусочек камня затрещал, зашевелился, как живой, его грани перестроились, форма вытянулась, ужалась, и он и превратился в каменный ключ.

Эльза с поклоном взяла его и передала королю. Так древний договор был узаконен заново.

Валхар коротко кивнул его величеству, сказал Ирии, что «маленькая колдунья всегда сможет призвать нас», и провалился обратно. Пошел помогать своим собратьям. Нет, все-таки надо ему сказать, что колдунья уже не колдунья.

Хотя для него, пожалуй, это не имеет значения. Как ни крути, с магией или без, Ирия это Ирия.

— Что до тебя и твоих спутников, герцог Гартигерн, — обратился к герцогу его величество, — жалую каждому из вас орден славы и право просить в награду все, что они пожелают.

Герцог чуть повернулся и незаметно подмигнул мне.

Глава 30, в которой паж встречает новый день

Тайран Гартигерн, сын благородного герцога Гартигерна, сидел за столом в личном кабинете во дворце Тиарны и скрипел пером по пергаменту.

Рядом, прислоненные к креслу, стояли ножны с мечом.

Видела бы его матушка, каким деловитым, важным и собранным стал ее сынок, вмиг бы просияла, как начищенный медный таз. А потом расплакалась бы, как на свадьбе. Впрочем, скоро она сможет полюбоваться и то, и на это зрелище вместе с герцогом-старшим.

Тайрановы родители, которым он сразу же послал почтового голубя, были на пути в столицу.