Паж его величества

Например, как хозяин попытался вытащить рыболовный крючок из пальца другим крючком.

От второго яблока мне удалось увернуться.

— Вилхо, если б у тебя была голова на плечах, я бы собственноручно ее снял, — почти назидательно произнес герцог.

— Прошлый раз вы хотели мне язык отрезать.

По его сердитому пыхтению я понял, что он закатывает глаза и раздувает ноздри.

— Заткнись! Ты должен слушать и поддакивать, не знаешь, что ли, — сказал Тай. — А я не должен тебе это объяснять!

— Но если я буду поддакивать, как же вы узнаете, что ошибаетесь?

— Вилхо!

— Все-все, я молчу.

Герцог прокашлялся и завел снова:

— Фея, которая ни за что не отвечает, на церемонию опаздывает, рыцарей с собой брать не хочет… Да что это за фея такая? Очень уж подозрительная.

Я молчал.

— А вдруг она в сговоре с колдуньей? И они хотят просто использовать принцессу, а меня со свету сжить? Нет уж, саму возможность этого надо пресечь на корню.

Я молча слушал.

— Вернемся без Эльзы — плакала моя репутация.

Я помалкивал.

— За этой феей в оба следить надо.

Я сказал:

— Но как же мы будем следить, если оставили ее?

Кстати, нам от короля, да и от самой феи, не прилетит за такое? От короля нет, покуда он не узнает, а от феи чего угодно можно ждать. Мы уже имели счастье убедиться, что она достаточно смертоносная.

По звенящему молчанию я понял, что его благородие недоволен.

— Нет-нет, она и правда подозрительная, — говорю.

— Умри, — сказал герцог.

— Это легче, чем кажется, — отвечал я. — Если конь споткнется, я полечу головой вперед и шею сломаю.

Тайран взревел:

— У тебя нет головы!

Наконец дорога снова пошла в гору. Погодите, что это за камень? У обочины. Я его уже видел. Повертев головой в обе стороны, я понял, что и пейзаж какой-то знакомый. Нет, в этих-то краях, конечно, места похожи друг на друга. Но мы тут словно уже были.

Оказавшись на вершине холма, мы поняли, что так и есть. Мы вышли обратно к развилке. Здесь, устроившись на травке у обочины, сидела Ирия и вощила тетиву на луке. Ее белый конь пасся по ту сторону холма.

Когда мы спустились, я спросил:

— Как думаете, в чем дело, ваше благородие?

— Свернули не туда, — заявил герцог.

Его голос звучал уверенно, но я-то хорошо запомнил, что сворачивать было просто некуда. Но спорить с герцогом — дело дохлое.

Ну вот и роща. Каштаны, липы, грабы. Березняк. Ольха.