Смутьяны 2б. Книга борьбы

Он раззявил пасть на бедную беззащитную демоническую девушку и протянул к ней загребущие когтистые лапы.

Что оставалось делать несчастной Грждране? Только потянуться своими ручками к горлу зверя.

Получилось как в том анекдоте про грузин в Канаде:

«– Гризли?

– Нэт, руками задушили».

Медвежатину Грждрана ела недели две, как раз пока просыхала снятая с хищника шкура. Что-то явно не задалось у алоирских медведей со Смутьянами. То на эльфийку напорются, то на демоницу…

И вот Грждрана, облаченная в медвежью шкуру, в которой проделала две прорези для крыльев, такой вот гигантской пушистой летучей мышкой принялась бродить и перепархивать по весенней тайге.

Как вы думаете, местные жители этому обрадовались?

Вот и мне кажется, что не особенно.

Грждрану, разумеется, приняли за демона, коим она и являлась. И позвали друида, чтобы изгнал, значит, это непотребство подальше от честных дворфов.

Друид, увидев Грждрану, побелел лицом и прошептал:

– Демон.

А его, друида, ученик и помощник: длинный такой и нескладный безбородый «дворф» в панике вскричал:

– Демон!

Вот, вроде бы, одинаковое слово, а значение совсем разное!

Княжонок Ярополк имел в виду именно, что демона, такого, как те, что во время нашествий долетали до северных княжеств.

Но переваливать за горы и шарахаться по дикой тайге обитателям Черной Цитадели было влом, и дворфы если что-то о них и слышали, и то считали россказнями и байками этих переростков – людей.

Так что отец Дремудада подразумевал под словом «демон» темного лесного духа.

В общем, и друид, и его помощник основательно струхнули, и дали стрекоча.

Это отнюдь не улучшило отношение к ним других дворфов и не послужило укреплению авторитета друидической религии.

И тогда кто-то из бородатых коротышек вспомнил о набирающем силу новом культе. Послали двадцатилетнего мальчонку к ближайшему входу в старинные пещеры – прародину дворфской расы.

И буквально на следующий день к кругу камней, где обосновалась демоница, пришла молоденькая девушка.

Была у Дормидраны коротенькая пушистая бородка, заплетенная в три косички с разноцветными ленточками. На юном лице проповедницы Подземной Ереси играла застенчивая улыбка.

Девушка безбоязненно подошла к каменному кругу, вежливо постучала посохом по крайнему камню и спросила:

– Не помешаю? - спросила Дормидрана на родном дворфском.

– Заходи! – гостеприимно разрешила Грждрана по-демонически, поскольку дворфсукого языка, естественно, не знала.