Магическая академия. Змеиный отворот

Не зря я её оставила за Урагановым присматривать. Правда, ронять его, я не просила.

Понимая, что мы этого с виду субтильного парня и вчетвером тащить долго будем, я принялась искать в сумке зелье, которое должно было привести его в чувство, чтобы сам дошёл. Если нет, потащим этот полутруп не в дом, а в целительский корпус. Учатся там или лечат — не суть. Даже первокурсник с даром целителя будет в такой ситуации полезней ведьмы со склонностью к магии любви, причем разрушительной. Не зря же меня в АРиС на специальность Стихийные бедствия взяли.

— Страхова! — очнувшись, рыжий принялся отмахиваться от меня и моего зелья, как от ночного кошмара. — Ты убить меня вздумала?

— Воскресить, — затыкая флакон, мрачно ответила я. — Вставай давай, Зарик. И топай в дом. Время заселяться.

Двухэтажный пузатенький «грибок», к которому привели орсизы, ютился почти у самой ограды, в стороне от остальных строений, отделённый от них колючими зарослями шиповника. Пёстрая «шляпка» из оранжевой и зелёной черепицы слегка косилась набок, как и крылечко с проломленной ступенькой.

М-да… кажется, я неправильно посчитала процент сволочизма в одном отдельно взятом декане. Или это не он, а система виновата? Кикиморский особый стиль с кикиморским же неповторимым гостеприимством!

Больше всего меня впечатлили намалёванные на белёной стене туча и метла, и петляющая над картинками большая надпись «Осторожно — злая Э!».

— Нравится? — слегка заискивающе спросил синий пушистик. — Это мы рисовали!

Ураганов издал смешок. Надеюсь, нервный.

— И писали! — гордо добавил зелёный орсиз. — Только у нас мелков на полное имя не хватило.

Слова нашлись не сразу. Сперва я упёрла руки в бока и поглубже вдохнула.

— И почему это я злая?

— А ты зайди, — предложил синий.

— Сразу всё поймёшь! — поддержал его зелёный.

— А можно я не пойду? — проявил редкое здравомыслие рыжий.

Он, вообще, как-то стремительно умнел.

— Нельзя! — буркнула я и зашагала к крыльцу.

Сломанную ступеньку перепрыгнула, дверь распахнула пинком и даже на пронзительный скрип петель внимания не обратила.

Внутри выделенное от щедрот КикиМА жилище оказалось таким же обшарпанно-скособоченным, как и снаружи. В крошечной прихожей не то что шкафа — вешалки не было! Только два ржавых гвоздя торчали в стене, затянутой плесневелыми обоями.