Гламурная некромантия

Неужели просто ради мелкой мести?!

– Я ничего не крала, – заявила, едва смогла говорить. – Мадам Мушон, должно быть, ошиблась или сознательно клевещет!

– Уверен, это какое-то недоразумение! – поддержал меня Павел, тоже увязавшийся за стражниками и сопровождающий нас от самого общежития. – У вас есть какие-нибудь доказательства преступления?

– Какие ещё доказательства?! – почему-то крайне удивился следователь. – Слова королевской подданной вполне достаточно. Зачем бы уважаемой горожанке врать?!

Мы с бывшим ошалело переглянулись.

Мне сразу вспомнился знаменитый советский фильм, где герою стало невероятно везти в карты, сразу после заявления, что в этом клубе джентльменам верят на слово. Так, видимо, и здесь. В конфликте между бесправной попаданкой и подданной королевства закон всегда принимает сторону последней. Кому нужны доказательства и справедливость?!

– Как интересно у вас ведутся дела! – восхищённо поцокал языком Астафьев, между прочим, юрист по образованию. – А вы не слышали о таких действиях, как сбор улик, опрос свидетелей, установление времени и обстоятельств преступления?! А если другой королевский подданный скажет, что мадам Мушон врёт, то чьему слову вы станете верить в итоге?

Следователь на секунду растерялся, переводя недоумённый взгляд с меня на бывшего мужа и обратно.

– А у вас есть такой подданный? – деловым тоном уточнил он.

– Безусловно, – уверенно подтвердил Пашка, заговорщицки мне подмигнув, а я невольно испытала к нему чувство благодарности. Как бы то ни было и чтобы между нами не происходило, он ведь пытается меня защитить! Не поиздеваться, как вчера, не позлорадствовать, а именно защитить.

Хотя мог бы давно уйти. На мой взгляд, это довольно мило с его стороны... Если, конечно, не является очередным показательным жестом, призванным выбить от меня определённые преференции...

– Что ж, тогда решение принимает судья, – печально вздохнул следователь.

– Отлично, зовите вашего судью! – потребовал Астафьев, скрестив на груди руки.

– Судья будет только завтра, – с видимым сожалением поведал нам мужчина, став ещё печальней.

– Ничем помочь не могу.

– Хорошо, значит, мы придём завтра, – ничуть не расстроившись, пожал плечами Павел, быстро схватил меня под руку и попытался увести из кабинета следователя.

Только за дверьми стоял вооруженный до зубов стражник, весьма выразительно преградивший дорогу, так что наш демарш закончился, так толком и не начавшись.

– Мы не можем вас никуда отпустить, – пояснил следователь.