Космические зайцы

Чудо из чудес, если здесь вдруг выскочит звездный крейсер, который сможет забрать корабль в свой грузовой отсек целиком. Остается одно – я могу набрать в себя критическую массу эфира, и выдохнуть в твои легкие. Это шанс, конечно, но, прости, дружище, без гарантий, что ты выживешь. А если выживешь, то ты станешь не совсем человеком. Все жидкости в тебе кристаллизуются и ты превратишься в Снежную Королеву из сказки. Иная форма жизни. Тебе не нужен будет воздух, еда, тепло. Ты выживешь, но обычные человеческие эмоции тебя больше волновать не будут.

Человек за стеклом перестал плакать и задумался. Заяц в это время отплыл от капсулы и стал вращать ушами, слушая космос, повел, принюхиваясь, носом, кувыркнулся, уворачиваясь от мелкого метеорита и опять приблизился к капсуле.

– Ничего нет поблизости, что могло бы спасти тебя иным способом. Был бы на тебе скафандр, все было бы по-другому. Так что, давай так – я набираю эфир и, если за это время не появится шанс спасти тебя иначе…

– То я становлюсь Каем из сказки, – кивнул парень в капсуле.

– Я согласен. Только ты не отлетай далеко, а то я начинаю переживать, что ты меня потеряешь.

– Я?! Потеряю?! – заяц вскочил задними лапами на капсулу и ударил себя лапой в грудь. – Да ни в жизнь! Как тебя зовут?

– Эмм, – замялся парень, – зачем тебе мое имя?

– Так мы теперь друзья. Должен же я знать, как зовут моего друга, ради жизни которого я пожертвовал своей стаей.

– Знаешь, заяц, а вдруг у тебя не получится меня спасти. Ты привяжешься ко мне, будешь переживать, а без имени ты перенесешь потерю легче.

– Ты прав, дружище, – кивнул заяц. – Тогда я буду звать тебя Кай, как того парня из сказки про Снежную Королеву. У него тоже было ледяное сердце.

– Мне не нравится это имя и сказка, – сдвинул брови парень. – Лучше называй меня… Генри.

– Хорошо, Генри, ты пой песню, чтоб я ее слышал, а я буду пастись на лужайке в пределах слышимости. Если петь не умеешь, то просто рассказывай что-нибудь. Ладненько?

Заяц оттолкнулся от капсулы и полетел. Капсула от толчка сильных заячьих лап стронулась с места и уплыла в противоположную от зайца сторону.

Генри это не заметил. Он начал петь песню, потом другую. Иногда он замолкал от усталости, но сразу вспоминал, что заяц его найдет только по голосу, и поэтому продолжал петь. Выбившись из сил, он продолжал читать стихи, просто разговаривать. Иногда звал зайца.

– Да тут я, рядом, слышу твою капсулу. Ты как потерявшийся котенок, орешь охрипшим голосом, чтобы тебя заметили.