Посох в руках, свирель за пазухой 2 Свирель

Редкие лайры пытались одарить меня улыбками, но тут же испуганно опускали ресницы, натыкаясь на злой, полный холода взгляд.

Скрытое присутствие соглядатаев Вар Груберта царапало спину. Оно не отпускало ни на минуту. Я чувствовал себя пленником. Зверем, запертым в золотой клетке. Будь моя тьма со мной я бы разнес ее, вырвался на свободу, но призрак былой силы только дразнил, превратившись в злую насмешку.

И я знал, кто в этом виноват.

Иина.

Каждый раз когда я возвращался мыслями на арену, пытаясь понять причины ее поступка, сознание упорно проваливалось в черную дыру.

Она меня предала.

Почему же в противостоянии с Рудгардом я нанес первый удар? Ведь собирался умереть, но не выдержал, когда увидел, как меч Владетеля вспорол ее грудь. Как ее дымящиеся внутренности упали на пыльный камень арены. И почувствовал облегчение, когда понял, что это всего лишь марево, навеянное храмовником. А ее крик: «Ты нужен мне»? Что это? Новый обман?

Я захлопнул дверь комнаты, прикоснулся затылком к прохладному дереву.

Почему капля крови на ее шее вызвала сопротивление? Почему я не дал ей умереть вместе со мной? И почему первое, что я увидел, когда сознание вернулось, были ее испуганные глаза?

Но главное, почему я боялся задать эти вопросы ей?

Спертый воздух комнаты душил.

Нужно было успокоится. Выдохнуть. У нас еще было время, прежде чем Рудгард отдаст ее оркам. В груди боролись противоречивые чувства.

Я подошел к окну, распахнул его, надеясь что свежий воздух принесет облегчение. Зеленые кроны деревьев издевательски тихо перешептывались, словно знали все ответы.

Вдалеке, рядом с человеком в темном плаще я заметил Вар Груберта. Старый лис в своем репертуаре, опять обрабатывает наивного простака. Порыв ветра сорвал капюшон с головы собеседника.

В груди неприятно защемило. Я схватился за раму и подался вперед, вглядываясь в ставшую такой знакомой фигуру. Рядом с Грубертом стояла Иина.

Иина

— Что мешает? — притворно-небрежно поинтересовалась я.

— Лейр Арвен. — Вар Груберт продолжил путь. — Он не равнодушен к вам. Это с его подачи с вами так мягко обращались. Владетель не желает иметь врага в лице своего брата. Поэтому, если вам дорога жизнь — исчезните.