Посох в руках, свирель за пазухой 2 Свирель

Затаив дыхание, я повернула голову… И встретилась взглядом с черными бусинами глаз огромного крыса, во лбу которого торчал маленький рог.

— Мииш?

— Рыг-н-н.

Вздрогнув от медвежьего рыка, я едва не сбросила вредное животное. Вот как он это делает? Габариты меняются, а голос нет. Интересно, будь он человеком, тоже бы рычал?

— Твою мать, Мииш! Так и концы отдать можно, — я пригладила пальцем жесткую шерсть и позволила хвосту обвить запястье. — Хочешь сказать, что и ты веришь в меня?

Крыс усиленно закивал.

Ну вот и что теперь делать, если все против тебя, вернее — за.

Ладно, попробуем.

Я расслабилась, прикрыла глаза, пытаясь почувствовать каждого из друзей. Вот Арвен, внутри которого бьется темный огонь, он не жжет, он холодный и спокойный. Вот Ррр, она как дерево, высокое, сильное, что крепко держится корнями за землю, но тем не менее всегда тянется к солнцу. Лунг, переменчивый, словно ветер, может быть легким бризом или бешеным ураганом. И Пелагий, звонкий, как музыка, которая хрустальным ключом бьется в его груди.

А на моем плече всеми цветами радуги переливался Мииш. Мысленно я потянулась к нему и над нашими головами на мгновенье вспыхнул пестрый зонт и тут же осыпался цветными искрами.

Я открыла глаза.

— Ну, получилось? — сощурившись, Ррр заглядывала мне в лицо.

— Вроде, да.

— Вот и проверим, — Лунг вскрыл замок на прутьях и приглашающе распахнул решетку.

Тьма неохотно расступилась, пропуская нас вперед. В руке Арвена вспыхнул язычок пламени, такой-же возник и над ладонью эльфа.

Когда липкий кисель магического заслона закончился, мы оказались в огромном рукотворном тоннеле.

Я шла по коридору за спиной мага. Свет пламени в его руке разгонял душную темноту.

Ну что сказать? В коллекторе холодно, мокро и хочется рвануть обратно.

Виды поражали своей однообразностью: либо камень в плесени, либо плесень на камне. Впрочем, любители футуризма найдут в этом некую прелесть, пытаясь отыскать сакральный смысл в замысловатых узорах.

Спертый зловонный воздух заставлял дышать через раз, и желательно не носом.

Только побывав здесь, я смогла по достоинству оценить аромат луговых трав, ванильный запах выпечки и потное амбре сапог орчанки.

О каменный бортик прохода бились сточные воды. Их тихий всплеск навевал мысли о кровожадных крокодилах или других представителях местной фауны, знакомство с которыми не входило в мои планы.

Чтобы как-то отвлечься от мрачного вида, я размышляла о посохе.

В последнее время он мне казался живым.