Однажды в сказку. (Не) Злая королева

– Вы не находите это жестоким?

Эдвард удивленно приподнял брови, словно услышал редкостную глупость.

– Жестоким? Я же не убиваю живых существ без причины, ради забавы или спорта.

– Однако их убивают другие, чтобы подать вам мясное рагу, – кивнула, отпив еще эля.

– Если я откажусь от мясной пищи, тысячи фермеров в моем королевстве не прекратят разводить скот, охотники не перестанут добывать пропитание в лесу, а рыбаки в озерах. Ничего не изменится, кроме того, что мне станет труднее держать в руке меч.

Хмыкнув, я откусила еще один жирный кусок.

– Король мог бы показать им всем пример. Возможно, многие бы захотели ему последовать.

Лицо мужчины приняло спокойной выражение, на губах появилась легкая улыбка.

– Я не посланец богов, чтобы решать, как должны жить другие люди.

Чуть не подавившись лепешкой, громко откашлялась. На этот раз была моя очередь удивленно приподнимать брови.

– Мое дело следить, чтобы законы оставались справедливыми, а условия для жизни приемлемыми.

– Почему же тогда вас прозвали Жестоким королем? – протянула я, насмешливо глядя на Эдварда.

– Людям свойственно преувеличивать, – просто ответил он.

Хотела продолжить разговор, но тут свободные места заняла небольшая группа, и мы замолчали. Рядом с нами сели четверо. Молодой человек в темном кожаном жилете, невысокий седобородый мужчина в шерстяной шапочке, похожей на тирольскую, еще один мужчина средних лет с грубой смуглой кожей и молодая женщина с простым, но располагающим к себе лицом. 

– Так значит, братец, ты будешь из Гримвальда? – подал голос тот, что был с бородкой и в шапочке.

– Точно так, – охотно отозвался молодой человек в жилете.

– И что же занесло тебя так далеко от твоего королевства? – прохрипел мужчина со смуглой кожей, скептически на него глядя и потягивая эль.

– Направляюсь в Бернфилд, – довольно улыбнулся молодой человек. – Собираюсь договариваться с важным представителем гильдии о длительном и взаимовыгодном сотрудничестве.

– Ба? О каком же сотрудничестве ты толкуешь? – удивился седобородый.

– Торговля с коммунами шерстью и кожей в крупных объемах. С тех пор как наша королева отменила пошлины, должен сказать, дела у нас круто пошли в гору!

– Как, совсем что ли отменила? – громко икнул смуглокожий, чуть не расплескав из кружки весь напиток.

– Зигмунд, тебе нельзя волноваться, – прошептала женщина, похлопав его по руке.

– Жена, не мешай, – отмахнулся Зигмунд и снова посмотрел на молодого человека.