Однажды в сказку. (Не) Злая королева

Уверен, став их главой, он сделал из тех неотесанных идиотов настоящих…

Тут Эдвард громко выругался, перебив Роджера, и по его напряженному виду я поняла, что у нас неприятности.

– Черт возьми, я думал, что барьер задержит их хоть ненадолго.

– Как они смогли так быстро его пересечь? – взволновано спросила, чувствуя, как меня начинает бить крупная дрожь. 

– Похоже, у них есть приглашение с королевской печатью, – Эдвард бросил на меня короткий взгляд и посмотрел на котелок. – Сколько еще нужно времени?

– Совсем немного.

– У нас нет даже этого, – прошипел король, снова выглядывая в окно. – Они идут сюда.

Он быстро приблизился и выпил полный черпак все еще горячего зелья.

– Скорее прячьтесь, – тихо приказал он, прислушиваясь к доносившимся с улицы шагам.

В дверь постучали. Подхватив котелок и Роджера, я юркнула в небольшую комнатку, вероятно предназначенную для кладовой. Наблюдая в узкую щель, видела, как Эдвард стягивает с Эндрю камзол и набрасывает его на себя. Внешность короля менялась, но слишком медленно, зелье не успело настояться до нужной консистенции.

Последнее изменение в чертах произошло как раз в тот момент, когда головорезы, потеряв терпение, выломали входную дверь. В комнату ворвались трое, скрытые темными плащами.

– Почему не открываете? – зло спросил один из них.

– Госпда, а вы, собстно, кто будете? – изображая в стельку пьяного, отозвался Эдвард.

– Вопросы здесь задаем мы, а ты отвечаешь, понял? – грубо сказал второй, подходя ближе к королю. – Говори, почему не открывал?

– Так… – Эдвард округлил глаза, изображая легкий испуг, – вставал, одевался, уже собирался к вам выйти… но, гм, вы и сами вошли.

– Это кто? – третий наемник указал на лежащего без сознания Эндрю.

– Брат мой. Мы с ним всю ночь праздновали удачную сделку с Бернфл… Бренфл… в общем, с чужеземными торговыми гильдиями! Хотим новое отделение открыть.

– Ясно, – один из головорезов раздраженно его перебил.

Пройдясь по комнате, он поднял с пола пустую бутылку и внимательно осмотрел. Меня прошиб холодный пот. Зажав рот рукой, я сидела за дверью, стараясь не издавать ни единого звука и надеясь, что головорезам не слышно, как бешено колотится мое сердце.