Попаданцы обмену и возврату не подлежат

Он был лучшим другом Олега. Так что ему частенько доставалось от меня, а мне от него. Высокий, жилистый, с ёжиком тёмных волос и бесенятами в глубине зелёных глаз. Он мне даже нравился некоторое время, но рядом всегда крутился Олег, не позволяя лучше к нему приглядеться. А потом за мной начал ухаживать Егор, и остальные парни отошли на десятый план. Хотя теперь я очень об этом жалела и даже не понимала, что в нём находила всё это время.

— Нет, ребят, вы меня так и оставите без трусов? — бедного Игоря тащили под локти, позволяя лишь прикрывать самое ценное носками.

Похоже, вот кого ограбила моя чудо-шкатулка… Оставила бедняге только носки и кроссовки.

— Олег? Наташа? — челюсть Игоря тоже попыталась встретиться с землёй. — Спасите!

Он замахал нам носками. Но Олег закрыл мне глаза ладонью, так что я ничего не увидела.

— Я тебе маленькая что-ли?

— А ну прикройся, придурок, — прорычал Кощеев, но тихо зашипел, когда я вцепилась зубами в его мизинец, и отдёрнул руку от моего лица.

— У Гарика девушка есть, нечего глазеть, — пояснил он, мотая раненой рукой.

— Да? — удивилась я.

— Да? — вторил мне Игорь, но закашлялся и закивал в подтверждение. — Очень ревнивая девушка.

— Кто такие? — потребовал ответа один из воинов, насупив густые брови.

— Зависит от того, как к таким, как мы тут относятся, — шёпотом пробормотала я.

— Олег и Наталья Всеволоды. В город идём, — невозмутимо соврал Кощеев. — На нас напали разбойники. Друга нашего похитили и… ограбили.

— Раздели до носков, — подтвердил Игорь, поддерживая быстрый экспромт.

— Мы брат и сестра, — пояснила уже я.

А то придумал… Всеволоды…

— И, кстати, — подлетев к Олегу, я вытянула из кармана его пиджака трусы и направилась с ними к Игорю. — Оденься. Но теперь ты навечно Авокадик.

— Это подарок. Сегодня день стирки, — пояснил он обиженно.

— Авокадик. Смирись, — захихикала я и обратила взгляд к хмурым воинам. — Ну, вы его отпустите? Или в город пойдём, рассказывать как вы плохо дороги охраняете? Средь бела дня разбойники нападают.

— Пусть только срам прикроет, — проворчал второй мужчина. — И вам бы не помешало.

— Конечно-конечно, — заверила я их, хватая под локоть Игоря, как только его освободили.

Ругаясь на молодежь, патруль двинулся дальше по дороге.

— Ну же, рассказывай, как ты сюда попал, — затрясла я Кострикова, стоило лишним ушам отдалиться.

Бедный парень хватался за носки и трусы, пытаясь прикрыться, но меня его проблемы не волновали и не смущали. Я же дитя интернета.