Поход клюнутого

Кстати, это… можно, чтоб он случился женщиной?

Хоть и ждал сэр Малкольм какой-нибудь гнусной безнравственности в этом роде, но тут только и сумел, что инстинктивно плюнуть под ноги аморалу.

— Чего плюешься?! — окрысился Бинго. — Я что — виноват, что с мужчинами у меня все разговоры к драке сводятся? А случись мне с ним, с лосем, подраться — на ком книга дальше поедет?! О, кстати, насчет подраться.

Оттер капитана плечом в сторонку от ряда доспехов и, пару отпихнувши в сторону самым пренебрежительным образом, ткнул пальцем в толстый стеганый панцирь, обильно изукрашенный многими рядами металлических блях.

— Такой есть побольше?

— Поищем, — капитан окинул гоблинские габариты прицельным взглядом.

— Три штуки.

— Тьфу, перемать! Ты и с ними, что ли, собрался беседовать?

— В дороге всякое случается, — ответствовал Бинго уклончиво. — А лошади — они здоровые, им не в тягость.

— Ты б о себе подумал! Лошадей уж как-нибудь снарядим — мы, рыцари, уж о конях-то своих думать привычны в первую голову.

А тебе мало ли с кем там дело иметь доведется. Возьми вон оглоблю какую-нибудь да доспех по росту!

— За лошадей вы думаете, хоть у них головы и здоровенные, а я опять крутись как хочешь, — расстроился Бинго и даже рукавом утерся с натуральнейшим хлюпом. — Почем я знаю, на какую брань мне собираться, что мне там злая судьба уготовила?! Всего как есть не утащишь, а утащишь, так в рукоятках запутаешься.

Сэр Малкольм с изумлением поймал себя на сочувствии бедняге. Определенно пора на заслуженный отдых — гоблинские суждения стал находить разумными! Тем более эдакие еретические.

Ишь, оружие ему на каждый день и случай, комплект «неделька»! Да он сам, до мозга костей военный человек, четырнадцати видам оружия обученный, и то не перебирал никогда, а гвоздил неприятеля тем, что подворачивалось под руку! А тут какой-то дикий прохиндей будет ему сложности оного нехитрого дела обрисовывать.

— Бери меч! — рявкнул капитан, сердясь больше на себя, а поскольку Бинго оглянулся с видом затравленным, словно бы отыскивая незнамое, сам шагнул к стене, сдернул с нее длиннющий массивный клинок и швырнул его в гоблинские лапы.

— Это вот оружие на любой момент, чтоб ты знал. Хочешь — руби, хочешь — коли, хочешь — плашмя промеж ушей или там рукояткой. Чего тебе еще?

Бинго с тоской потянул меч за рукоять, выволакивая на ладонь из ножен. Показалось лезвие — массивное, заточенное грубо, как колун — скорее на раскалывание, нежели на разрезание.