Обычный дом

В голове всплыли мои недавние приключения с пожарными и мозг как-то сам собой объединил описание от Марии Алексеевны и брандспойт в руках пожарного. И не только объединил, но и выпалил сразу на автопилоте:

– Пожарный излив от шланга, что ли?

Мария Алексеевна раза три переменилась в лице, завершив метаморфозу на выпученных на меня глазах, вскочила и радостно, едва не приплясывая, заверещала:

– Излив, ну точно же! Боря, где же вы раньше были, тёзка вы мой ненаглядный! Излив!! Я столько лет себе покоя не находила, пытаясь понять, что же у него в руках! Так он же пожарный, пожарный!!

– Простите, что прерываю момент триумфа, но… у меня ещё ряд вопросов, если позволите.

– Да-да, Борис, простите, – она степенно пригладила одёжку и, успокаиваясь, вновь села в кресло, однако улыбка с её лица так и не сошла. Видно, для неё это и впрямь многое значит. – Спрашивайте.

– А что вы имеете в виду, говоря о «чёрных»?

– Так буквально, Борис. Парочка чёрных людей. Вы поймёте, когда увидите.

Говорить более открыто мне не очень приятно.

– А мне, признаться, не хочется сюрпризов.

– Что ж, это справедливо, – она на секунду замолчала, набираясь храбрости. – Они обуглены. Их кожа попросту сгорела, оставив на своём месте лишь угли. Есть небольшие розовые прожилки, сквозь которые виднеется мясо, но не более того. Двое их всегда. Ещё отчётливо запомнила, что пахнет металлом и палёным пластиком, когда они появляются. Ну и… горелым.

– Электрики? – несмело предположил я.

– Вполне возможно, Борис.

Но они появляются редко. Чаще появляется тот, пожарник… пожарный, простите! – Она мгновенно исправилась и вновь начала радоваться столь неожиданному открытию. – Ой, радость-то какая! Хоть знать буду. Теперь, может, испугаюсь его даже, когда он снова придёт! Надеюсь, его это обрадует и он вновь подольше появляться НЕ будет.

– Да, я тоже на это надеюсь. Кстати говоря: мне кажется, я даже знаю, кто именно этот пожарный.

– И кто же?

– Быть может так, что это некто «Алексаша», как назвала его Антонина Сергеевна — пожарный-герой, спасший мальчика Володеньку и погибший при тех событиях.

Вы ведь давно в этом доме проживаете, разве не застали?

– Видимо, не на столько давно, – гордо и с лёгкой обидой в голосе возразила Мария Алексеевна. Ну да, это я как-то не подумавши ляпнул, мой косяк. – Наша семья в конце восьмидесятых сюда переехала, разменяв квартиры. Владимира я встречала, но буквально через год он скончался.