Обычный дом

Ты хоть капельку осознаёшь, что грубишь незнакомому дяде? Дядя даст тебе по зубам, а ты и сказать в полиции не сможешь, кто он таков и где его искать. Ты хорошо подумал, или вообще не думал?

– Ты поэтому еврейскую мумию косплеишь? – усмехнулся парень и кивнул на мои бинты. Н-да, а в чём-то он прав: ермолка из бинтов с милыми пейсами-подвязками вокруг морды, что б она не треснула…

– Не хами, малой. Поговорить надо, а ты хамишь сразу. Так дела не делаются. Или мама не учила вежливым быть?

– А я сирота, – с вызовом парировал он, но позу сменил — выпрямился, отпустил дверь.

– Такое бывает. Я сосед твой, снизу. Из сто двадцать шестой мы.

– Не ври, не могло! – тут же взъерепенился паренёк.

– Что не могло?

– Шуметь не могло! Я вчера только сводил, всё в наушники играло. Да и «шумку» я сделал идеальную! Триста «косых» угрохал!

– Да ну? А покажешь? – я попытался изобразить неподдельный интерес.

Паренёк бросил на меня оценивающий взгляд, чуть подумал, осматривая…

– Ну заходи, дядь.

– Так я и так в тапках, по подъезду шатаюсь. С соседями познакомиться решил. Месяц как въехали, а я как-то всё никак… Сам понимаешь: переезд — дело такое…

– Понимаю, дядь.

– Ну что ты всё дядь да дядь, заладил. Я не так уж и старше тебя.

– А ты какого года?

– Девяносто первого. А ты?

– Второго.

– Девяносто второго? Это мы почти ровесники? – я аж обрадовался.

– Не, дядь… второго! Мне двадцать всего.

Я опешил. Как так? Разве люди две тысячи второго года рождения уже не в ясли ходят? Девяносто шестого ведь… младшеклассники… это что, это я старый, выходит?

– И всё же, не велика разница… прекрати мне выкать! Тебя как зовут?

– Володя, – он повернулся ко мне на компьютерном кресле, в которое уже успел усесться и протянул ладонь для рукопожатия.

– Руку подают стоя, Владимир. Это так, на будущее. Борис, очень приятно. Можно просто Боря.

– Хорошо, – он усмехнулся. Моим нравоучениям, скорее всего, ну да ладно.

Я осмотрел комнату.

В целом, довольно обыденная. Современный недорогой интерьер, купленный известно в каком магазине. Без изысков, но и не совсем примитив. Единственным, что совершенно не вписывалось в общую концепцию, был странный ящик неизвестного назначения, собранный в дальнем конце комнаты.

В углу около окна был сооружен странный деревянный короб, невольно вызвавший у меня ассоциации не то с сараем, не то с курятником.