Оберег

Словенин спешился, коротким возгласом отослал коня прочь. Молчан остался стоять на месте, шепотом уговаривая своего Непоседу успокоиться и не бояться. Сам же волхв с бешено стучащим сердцем ждал, что будет, когда покрытый толстенной чешуей Горыныч подойдет поближе к нему, защищенному одной лишь холщовой рубахой.

— Слава!!! — заорал Руслан, нападая на левую голову. — Брысь с дороги, чучело зеленое!

— Слава!!! — крикнул Рыбий Сын, начиная пляску смерти с мечом в руке вокруг правой головы. Он очень ловко уворачивался от огненных плевков чудовища, норовя подобраться поближе.

Молчан не знал, что ему делать. Дураку ясно, что посохом такого здоровяка не проймешь. Меча у него нет, да и не умеет он толком с ним обращаться. И тогда, почти бездумно, волхв прищелкнул пальцами. Змей взревел: среднюю голову охватил огонь. Две прочие головы тут же позабыли о противниках, принялись дуть на горящую; но, разгоряченный боем, змей не сразу заметил, что пытается затушить пожар собственным огнем! Несчастная голова заполыхала пуще прежнего, и с считанные мгновения от нее ничего не осталось.

Пока змей пытался спасти свою среднюю часть, Рыбий Сын вскарабкался на правую шею и теперь старательно рубил голову. Руслан выгадал момент, и проделал то же самое со своей стороны. За четверть часа со змеем было покончено. Огромная обезглавленная туша осталась валяться посередь степи, медленно пожираемая негасимым огнем Молчана, а Руслан, Рыбий Сын и волхв уже мчались дальше.

— Не боишься пожар на всю степь устроить? — прокричал богатырь Молчану.

— Подумаешь, ну, выкурим из степи пару-тройку печенежских племен, так на заставах, поди, тоже не лаптем щи хлебают… — отмахнулся тот. Впрочем, как хочешь. — Он плюнул через левое плечо, пробормотал что-то. Сзади громко хлопнуло, туша змея разлетелась на тысячи клочков, а посреди степи образовалась глубокая яма — Наверное, сгоряча слова перепутал, или не через то плечо плюнул… — растерянно предположил Молчан и поспешил увести беседу в другую сторону: — А быстро мы его одолели, да?

— Да, не совсем по-честному, конечно, все-таки нас было трое, а он — один, но делать нечего — спешить надо! Если б ты его сразу так рванул, то и трудиться не пришлось бы!

— Человек обязан трудиться! — назидательно произнес Рыбий Сын.

— Время не ждет! — напомнил богатырь.