Оберег

И выискался среди них один такой умный, который сделал деревянного коня…

— О! Я вспомнил! Это ж конь, а никакая не овечка!

— Какая еще овечка?!

— Ну, тот зверь, что за нами идет, это не овечка, это называется «конь»!

— Точно? Ты ничего не путаешь?

— Точно!

— Вот и славно. А теперь умолкни, пока по второму уху не схлопотал. Сделал он, короче, такого же коня, как тот, что сзади, набил его героями под завязку и подарил городу. А те сразу ухи развесили, думают, мол, если те им подарки дарят — значит, все, войне конец.

И давай пить-гулять-веселиться! А в ночи из коня вылезла толпа героев, и…

— И?..

— Ну, в общем, город они взяли.

— А девка?

— А, не помню. Да и какая разница? Главное, что пьянкой закончилось!

— А потом?

— А потом как водится. Все спились. Только тот, что коня выдумал, в здравии остался, да и то потому, что спьяну заблудился и много лет домой попасть не мог. А как пить завязал, потому что вино все кончилось — так тут же дорогу вспомнил.

Приехал он до дому, и больше — ни капли, и в другие страны, что характерно — ни ногой. Тут и байке конец. Кто слушал — молодец, а кто не слушал — тому в ухо.

— Слушай, я понять не могу: откуда мы знаем эти байки, если всю жизнь в ящике просидели?

— Вот и я не знаю…

И снова они запылили по тракту в полной тишине.

Вскоре братья дошагали до небольшого селения, что прилепилось к тракту возле реденького леска. Несмотря на скромные размеры, в селении была корчма.

— Эй, вы там! — заорал старший брат во всю глотку. — Знахарь у вас есть?

— А то нам подраться охота! — добавил младший, любовно поглаживая кулак.

— Со знахарем — и подраться?! — долетел до них чей-то удивленный голос. — За что ж его так? Что наш знахарь вам плохого сделал?

Братья дружно принялись искать ответ испытанным способом: почесыванием затылков, но придумать ничего не успели. С гулким хлопком прямо из воздуха перед ними вывалились три фигуры: Высокий худой русоволосый человек с резным посохом в руке, рядом с ним другой, с ежиком светлых волос на покрытой шрамами голове и пронзительным взглядом холодных голубых глаз.

В руке он сжимал узкую острую саблю, над плечом торчала рукоять меча посерьезнее. За мужчинами стояла девушка с лицом, закрытым тряпкой.

— Ну-ка, объясните-ка мне, что тут происходит? — спокойно спросил Молчан.

— Нам бы это… того… то есть знахаря.