Эрис Кронф. Обещанная небу. Книга 1

Во времена Первой Войны, данассцы десятками тысяч вывозили рабов с захваченных княжеств, перестав промышлять этим после восстания Нилания, так как начали опасаться, что покоренные народы вновь возьмутся за топоры, если их детей продолжат забирать. А без рабов их они не могут выжить. Чтобы не волновать давно покоренные народы, они стали забирать в плен ратанцев, тем самым и волки сыты и овцы целы, как говорят на севере. Истинные данассцы[1] не умеют работать, они слишком немощны для этого. Не забывай, эти злодеи считают себя живыми потомками древних богов.

– Как я их ненавижу, – зло произнесла Эрис. – В них нет ничего человеческого, неужели им не жаль никого?

– Род Императора Неришаля Алсон – величайший из родов Данасса. Их династия веками взращивалась в мерзком кровосмесительном котле. Большинство глав рода брали в жены представительниц редких народов или древних рас, поэтому они так сильно отличаются от нас, и представления о добре и зле у них иные. Представители Алсона делают лишь то, что приносит им выгоду, а какими способами приходится добиваться этого неважно.

– Их нужно уничтожить, во что бы то ни стало.

– Да, но не забывай, что сам наследник ратанского трона Николай-Август наполовину принадлежит к роду Алсон. Говорят, что, к счастью, внешне он родился похожим на своего отца Нилания, но кто знает, что скрывается в его наполовину данасской душе.

Эрис подумала, что это вполне может быть правдой, но все же возразила:

– Наследника вырастили в Ратани, его отец один из самых достойных ратанцев, кровь нашего народа способна пересилить черноту крови истинных данассцев. Кто как не юный князь может стать гибелью рода Алсон, ведь он чувствует его слабости?

– Пока что ничего неясно, после смерти Великого князя, он вступит на престол и ему одному будет уготовано решать судьбы народов.

– Князь Ниланий еще молод, не думаю, что стоит опасаться его сына в ближайшие десятилетия.

– Никто из предков Нилания по мужской линии не дожил до тридцати лет, то, что нашему князю повезло прожить уже сорок четыре года – большая удача. Будем надеяться, что духи нас не оставят, охраняя его и впредь.

Эрис замолчала, задумавшись над судьбой Ратани, оставшееся время они пробыли в молчании и тишине.