Как Лесинда Новый год встречала

***

До Нового года оставалась одна неделя. Каждый день Лесинда ходила на занятия с юными принцессами, училась танцевать и даже пыталась помогать им шить для себя наряд. И с каждым днем ей становилось все грустнее и грустнее. Девочкам не нравился крыс, а еще больше – бородавки на носу ведьмы. Они фыркали, когда она с ними заговаривала, пересмеивались, глядя на ее неловкие па, и перестали отвечать на ее вопросы. Лесинда чувствовала себя очень одинокой, даже учителя в этой школе с ней не разговаривали.

Перед началом праздника Маризелла принесла ей большую коробку:

– Твой наряд для бала.

Лесинда вытащила нежно-голубое платье, расшитое жемчугом, и начала скакать по спальне, пытаясь повторить разученные танцы. Когда она решила уложить платье обратно в коробку, чтобы спокойно переодеться, она увидела, что там есть еще что-то. Тонкая белая ткань была вышита золотыми нитями.

– А это что? – спросила она у Маризеллы.

– Это вуаль. Все принцессы приходят на бал в вуали.

Лесинда надела платье и села на стул. Маризелла стала порхать вокруг нее, легкая ткань приятно скользила. Принцесса долго возилась, закрепляя ее, так что Лесинда даже устала.

– А где твоя вуаль? – спросила она.

– Моя? А я… я потом надену. Давай, иди быстрей в зал, сейчас все начнется, бегом!

– А как же Самсон? – забеспокоилась Лесинда.

– Я его принесу, у меня специальная коробочка для него, бархатная, с подушечкой.

– Спасибо, Марка! – закричала ведьмочка, – Ой… то есть Маризелла.

Она побежала к двери, потянула на себя ручку, и влетела в бальный зал, запыхавшись и запутавшись в длинном подоле. В зале было пусто. Горели свечи, играла тихая музыка, на столах стояло угощение, а на огромной елке переливались сотни разноцветных шаров, но юных принцесс пока не было. «Где же они все?» – озадаченно оглядывалась по сторонам ведьмочка. Вуаль мешала ей хорошенько осмотреться, она попыталась сдвинуть ее, но Маризелла слишком хорошо ее закрепила, наверное на двести булавок!

Вдруг музыка заиграла громче, и двери сами по себе распахнулись.