Порядочный хаосит

— Твои передвижения уже ограничены, — Лексины придвинула второй стул к столу, за которым расположился я. — Твоя служба в форте — решение Архонтов. Захочешь с ними поспорить — свяжешься оттуда.

— Я не поеду. Не можешь же ты меня постоянно вырубать, чтобы таскать с корабля на корабль!

Лексина скептически подняла бровь, и это меня вывело из себя окончательно.

— Прекрасно! — я стукнул кружкой по столу, расплескав кофе. — Значит, по-твоему, это отличный метод — тащить упирающегося человека, а, если он упирается слишком рьяно — бить по голове? Очень современно!

— Не хочешь, чтобы тебя били по голове, не сопротивляйся воле Архонтов, — Лексина пожала плечами и налила себе кофе.

— Первый раз слышу, что похищение человека — это доброе дело, — пробормотал я сквозь зубы.

Это ее спокойствие выводило меня из себя все больше. Я нервничал из-за Ногача с Золто и злился, что этому агенту Алых, похоже, совершенно плевать на все, кроме своей миссии.

— Слушай, — она, будто прочитав мои мысли, оперлась локтями о столешницу и устремила на меня пронзительный взгляд. — Я выполняю свою работу. То, что ты называешь похищением, для меня — сопровождение и защита.

— Ты грозишься вырубать меня на каждом шагу, как будто я опасный преступник!

— Преступник — да, опасный — нет. Во всяком случае, не для меня, как ты мог заметить.

Мне тут же вспомнилось ее эффектное появление в виде лисицы. Я знал, что за мной не отправили абы кого.

— Я здесь представляю закон Хаоса, — продолжила она спокойно. — Если бы ты тоже его чтил, не оказался бы здесь. Твоя самоуверенность и дерзость привели тебя сюда.

— Закон Хаоса – который, кстати, нигде не записан – это, по сути, просто право сильного, — буркнул я сердито.

— Твоя слабость — твой выбор, не так ли? — Лексина равнодушно пила свой кофе.

— И суд отправил меня сюда, а теперь…

Я осекся, вспомнив неожиданно слова Чоры. Сюда меня направил вовсе не суд. И Лексина также обмолвилась о том, что Архонты сбились с ног, разыскивая меня по всему миру.

— Я попал на Яратир не по воле Архонтов, — узор в моей голове наконец сложился.

— Суд отправил тебя в изгнание.