Стать богом

— Ты пока спишь, тут татары всё иго захватили! - психанув, начал шлепать его же руками по его же лицу.

— Ать, ать. - заиграли морщинами мышцы лица у избиваемого самим собой, не без помощи конечно, молодого человека. — Ты чё творишь дурень!? - напряглись у него руки и шлепать он себя перестал.

— Чё чё, хватит спать дурилка картонная, цыгане босса угнали и лут весь украли, а ты тут спишь себе спокойно!

— Как угнали, кто угнал? - подорвался Ваал с места и чуть не врезавшись в дверной косяк, вылетел на улицу осматривать округу.

— Ууу. - подошел к нему не спеша Лёша.

— Так Лёх, у тебя одна минута объяснить мне, какого хрена тут происходит, вчера же босс где-то здесь заснул, а сейчас я из-за тебя вылетаю на улицу как ошпаренный, а его нигде нету, он ушел?

— Дык ты его и завалил недавно. - достал он булку для брата. — На, освежись.

— В смысле? - сонный выставил в отказе руку и не принял сдобное, удивляясь спокойствию брата.

— В коромысле. Расчленил его своими огненными когте-культяпками, да еще и зажарил его изнутри.

— Ты так не шути Лёх, я сейчас злой и голодный. - насупился Ваал.

— Слышь, ты кого пугать собрался. - оттолкнул он его кулаком в грудь, а потом схватил за рукав и повел за собой. — Я уже до тебя не единожды пуганный, чуть несвоевременный строительный бизнес не открыл, угрожает оно мне здесь. На, смотри сюда, узнаешь свои проделки? - показал он ему выжженные пятна с, до сих пор, тлеющей травой.

— Блин, это прям как в моём сне, я помню этот момент, обрывками правда. - задумался Ваал, пытаясь восстановить хронологию событий. — На меня несется какое-то громадное существо. Я закипаю яростью от его слабости и мне становится не интересно. Моё тело почти невесомое, а в жилах будто течет раскаленная лава. Прыжок. И всё. Ничего больше не помню, хочешь сказать, я убил босса наяву?

— Да ты его расхреначил так, словно он консервная банка с мясом.

— Оох, как сложно тебя понимать. - продер он сонные глаза, силясь до конца проснуться. — Ладно, расскажи мне с самого начала до самого конца, что я тут творил.

— Да я бужу тебя в доме, а ты зарычал, запердел, ладно, последнее преувеличиваю, отрастил себе огненные руки с когтями и вылетел махатся с ним.