Лечим все, кроме истинности (Вылечим всех)

Сильно запахло дезинфектантом – коридоры и операционные убирали после наплыва больных.

Растерянность разлилась по телу, а вместе с ней навалилась и вселенская усталость. Кажется, собранность и рабочий настрой улетучились, и я наконец-то поняла, насколько измотана.

Все тело ныло, ломило, голова гудела, как чугунный котел, ноги подкашивались. Я с трудом добрела до стены, прислонилась к ней, запрокинула голову и прикрыла глаза.

– Самира? Ты в порядке?

– Самира? Ты как?

Я разлепила свинцовые веки, чтобы обнаружить обнаженных мужчин, совсем близко.

– Слушайте, я адски устала, – взмолилась я. – Пойду домой. Не хочу никаких свиданий. Хочу лечь и уснуть.

Вагр нахмурился, растянул губы в кривой ухмылке.

– Отмазка принята. Давай я тебя провожу.

– Нет! – сама себе удивляясь воскликнула я. – Меня проводит Рик.

Почему-то себя в таком состоянии я могла доверить только ему. Рик просиял улыбкой, и хотел подхватить на руки.

Вагр с рычанием набросил халат и скрылся за дверью.

– Только оденься, а? – попросила я василиска, потому что он навис и тяжело дышал, все больше каменея.

– Стесняешься смотреть на то, что сделала со мной? – странно усмехнулся василиск и отступил на несколько шагов, демонстрируясь во всей красе. Я невольно приоткрыла рот. Жар бросился в лицо, а внизу живота стало совсем горячо.

Рик замер, и не думая одеваться.

– Что скажешь? – спросил неожиданно. – Нравится? Ты всегда на меня так действуешь. Поняла теперь? Или повторить? Каждый раз, когда мы вместе.

Я снова приоткрыла рот, но сказать ничего не успела.

Василиск подскочил, схватил, прижался – всем тем, на что я подействовала, и накрыл губы поцелуем. Жадно, ненасытно словно пытался высосать жизнь.

Странно, но силы ко мне вернулись, больше того – утроились. Только что я едва стояла на ногах, а теперь смело могла бежать марафон по улицам перекрестья.

Думаю, не обошлось без помощи Рика и его знаменитой энергии.

Я подпрыгнула, обхватила Рика ногами. Он зарычал, задрожал, рывком сбросил мой халат. Приподнял мои ноги и торопливо стянул лосины, блузку, белье. Не прошло и секунды, как василиск брал меня, слегка прислонив к стене. Скорее для моего удобства – он держал меня как игрушку, почти без усилий.

Двигался – быстро, мощно, словно ждал этого бесконечно долго. Целовал – всю-всю-всю, заставляя выгибаться и млеть в своих руках.