Лечим все, кроме истинности (Вылечим всех)

Раттибор еще какое-то время изучал мое лицо пронзительными черными глазами, словно пытался прочесть мысли, но затем кивнул и отпустил.

Глава 3

Как обычно дежурство выжало меня как лимон. И как обычно поняла я это лишь, когда все закончилось. Были наложены последние швы, проведен последний анализ, вправлен последний вывих.

На смене, на вызовах у меня словно вырастали крылья, открывалось второе дыхание. И усталость наваливалась на плечи непосильным грузом только когда напряженная работа подходила к концу, а больные оказывались вне опасности.

Или, что по счастью случалось крайне редко, я уже ничем не могла им помочь.

Солнце встало, высветило березки на опушке леса, позолотило далекие макушки сосен, заиграло на капельках росы в траве, превратив их россыпь бриллиантов.

В воздухе запахло прокаленной хвоей, листвой и медовым нектаром.

Завели утренние трели птицы – их многоголосье походило на нестройный, но все равно удивительно приятный для слуха хор.

Из-за полного безветрия облака застыли в небе кусками ваты.

Рик помог мне сесть в машину: ноги заплетались, руки повисли плетьми, все тело ныло. Малейшее движение – и мышцы отзывались сильной болью.

Медовую отдушку в кабине сменила сливовая, такая упоительно-вкусная после вони на боях.

Мало того, что мы работали в полевых условиях, временами приходилось ворочать верберов, помогать им передвинуться. А весят эти оборотни как три человека. Не меньше.

Слава богу, хоть встревоженный Раттибор, который кружил возле меня стервятником не меньше часа, потом все же отправился по делам племени.

Обнаженный вербер – оборотни вечно забывали одеться, если переключались на нечто важное, который все время что-то спрашивает, теребит – то еще испытание для нервов.

Медсестры и медбратья «перекрестной больницы» энергией жизни не управляли. Все, кому она была подвластна, срочно натаскивались, обучались и становились врачами. На бойни, вроде сегодняшней, к «тяжелым», к пострадавшим в горах выезжали только они, то есть мы.

Не дай бог неудачно пошевелишь пациента, а у него обнаружится перелом, или того хуже – серьезные внутренние повреждения.

Обломки кости повредят сосуд, откроется внутреннее кровотечение, оторвется орган. Исправить такое за секунды способна только наша особенная энергетика.

По счастью, сегодня из тяжелых с нами летел только Маллес. Рик напитал его своей энергетикой, и вербер немного очухался, а теперь вот уснул и негромко похрапывал.

Уснула и я. Просто отключилась.