Увы, Милорд!

Конечно, платят ему совершенно драконову сумму, но оно того стоит! А тут… Непохоже, чтобы Джеллиос держал кого-то с кулинарной печатью. Как там говорила это девчонка – служанка? Самри говорит Баб…Баборе? Простолюдинские имена, сморщила нос Самуэлин, даже запомнить невозможно. А уж произношение и вовсе набивает оскомину!

Надо постараться привести кухню в порядок: убедить милорда нанять приличного повара, побольше слуг, чтобы подавали перемены блюд, а не загромождали стол всеми тарелками сразу!

Самуэлин повела глазами по сторонам и убедилась, что остальные едят с завидным аппетитом.

К сожалению или к счастью никто не подозревал о матримониальных планах незваной гостьи.

Джеллиос хмурился, похоже, был занят какими-то внутренними проблемами, Доминик же, насмешливо улыбаясь, отправлял в рот самые лакомые кусочки, и одновременно умудрялся флиртовать с золотовласой.

Та отвечала мило, но слегка рассеяно, и постоянно сердито зыркала в сторону пытавшейся кокетничать с Джеллиосом Самуэлин.

Наконец, Кармелита не выдержала.

– Что-то вы плохо едите, – взгляд прищуренных синих глаз казалось, булавками вонзался в Самуэлин.

– Я придерживаюсь специальных диет.

– Разумеется, в вашем возрасте нужно следить за фигурой, – сладким голосом молвила Кармелита.

– А в вашем возрасте, милочка, нужно следить за языком, – не менее приторно ответила Самуэлин – Иначе вы рискуете попросту не дожить до того возраста, когда в вашей очаровательной головке прорежется мозг.

Глаза Кармелиты заметали молнии, Реми вспыхнула, привстав со стула, а Джеллиос уже открыл рот, чтобы погасить разгорающийся скандал, как в столовую влетела перепуганная Линздад.

– Милорд! Там в саду Жавотта! И она без сознания!

На ноги вскочи все, кроме Самуэлин.

– Веди! – Джеллиос заторопился вслед горничной.

За ним кинулись остальные.

Выглянувшая из кухни в столовую Барбора, увидела всё ещё уставленный не съеденными блюдами стол и пустующие стулья. Лишь на одном с довольным видом восседала красивая женщина, склонив голову с затейливо подколотыми каштановыми локонами. Она не спеша вытерла салфеткой изящные пальцы и поманила Барбору к себе.

– Слушаю, миледи, – добродушно сказала повариха.

– У меня к вам пара вопросов, – брезгливо глядя на запятнанный фартук, молвила Самуэлин.