Драконы, рыцари и принцессы

— Она была подобна сторуким гекатонхейрам, и в каждой руке несла огонь. В момент, когда Эриния должна была покинуть тело роженицы, Гекуба проснулась в холодном поту и больше в ту ночь не уснула.

Елену передёрнуло. Парис чуть подвинулся, завернул край плаща и укутал плечи девушки.

— На каком месяце она была? — спросила Елена.

— Ни на каком. Не спеши. Тогда она разбудила старую няньку и вместе с ней отправилась на прогулку за стены дворца — в надежде, что свежий воздух поможет прогнать дурные сны. Отгадай, на что женщины наткнулись на берегу?

— Я не собираюсь играть с тобой в загадки, — устало сказала Елена.

— Заканчивай свой рассказ. Я спать хочу.

Парис хмыкнул и поправил складки плаща на спине царицы.

— Ты кукушку когда-нибудь видела?

— Конечно. А что?

— Мать-кукушка — самая плохая мать на свете. — Парис поднял с плаща фибулу и поковырял её иголкой в зубах. — Она подбрасывает свои яйца другим птицам, чтобы те кормили кукушат, заботились о них. А потом маленький птенец вырастает и незаметно для птичек превращается в кукушку.

Такую же плохую мать.

Он вытер иглу о рукав хитона и бросил фибулу на плащ.

— Лишь одно существо на свете ничем не лучше кукушки.

— Какое же? — поневоле заинтересовалась Елена.

Парис потянулся, разминая плечи, и повернулся к девушке.

— Гекуба нашла на берегу огромное яйцо.

У Елены перехватило дыхание. Она перекатилась на колени и в упор уставилась на троянца.

— Свежую кладку таких же яиц, — продолжал царевич, — я видел однажды в пещере, когда лазил в окрестностях Иды.

Внутри яйца с лёгкостью мог бы поместиться, к примеру, твой пёс. Или бочонок фалернского, вроде тех, что подавали сегодня к обеду. Но прошло несколько месяцев, и оказалось, что внутри яйца находился мальчик.

— Ты?! — воскликнула Елена, поражённая внезапной догадкой.

— Я.

— Чьё это было яйцо? Говори, ты же сам хвастался, что всё знаешь!

Парис криво усмехнулся.

— На всякий случай я не тронул кладку; более того — бежал оттуда куда глаза глядят.

Когда я был уже на значительном расстоянии от пещеры, то увидел, как к ней подлетает дракон.

Елена хрипло вскрикнула и отшатнулась. Парис схватил её за руки.

— Как из гусеницы рождается бабочка, так из нас с тобой, сестрёнка, со временем родится нечто иное.

— Ты лжёшь! Я не знаю, зачем, но ты лжёшь!

— Прислушайся к себе, — настойчиво твердил юноша. — Вспомни свои сны. Вспомни свои желания. Вспомни себя — вспомни такой, какой ты будешь.