Драконы, рыцари и принцессы

Тем большей неожиданностью для него оказался огромный тролль, поджидавший за поворотом. Чудовище радостно взревело и протянуло к воину когтистые лапы. Боевые рефлексы не подвели: юноша отпрыгнул назад, выхватил из ножен короткий меч, со свистом крутанул его в руке, отвёл назад плечо, собираясь нанести удар...

Клинок удалось удержать в самое последнее мгновенье. Изрядно захмелевший тролль протягивал рыцарю полупустую бутыль и оловянный кубок, клыкастая морда расплылась в широкой счастливой улыбке. С досады юноша плюнул под ноги стражнику и, игнорируя обиженное урчание, завернул за очередной угол.

Вскоре гул, настороживший рыцаря в начале пути, окончательно разбился на звон стекла, звяканье металла, мужское бормотание и женские крики, а также стуки, хлопки, шорохи и трески разной природы. В конце коридора в стену была врезана огромная двустворчатая дверь, на одной из створок красной мазью было косо начертано "НИЗЗЯ!!!! ТУТ Д". Что за Д было тут и почему "низзя", дописать не получилось: пустой цилиндрик с остатком красной мази валялся перед дверью.

Юноша крадучись приблизился к двери и приник к ней ухом. В бормотании и криках стали угадываться отдельные голоса; один из них до боли напоминал голос его суженой.

— Бармалинда! — неуверенно позвал рыцарь, пытаясь заглянуть в щелку между створками. Что-то со свистом врезалось в обратную сторону двери и разбилось. Послышались ободрительные восклицания. Голос, похожий на Бармалиндин, залихватски выкрикнул "И-и-и-и-их!" и томно застонал.

Молодой человек решительно вставил меч в щель между створками, прочёл короткую молитву святому Гудинию и изо всех сил нажал на рукоять. Что-то громко щёлкнуло, дверь начала отъезжать в сторону. Воин налёг на неё плечом, затем с силой оттолкнулся и боком влетел внутрь драконьего логова. Он был готов резать и убивать.

Дракон привалился к дальней стене помещения. Его туша, занимающая добрую четверть комнаты, была вся изрисована и исписана такой же красной, коричневой и даже оранжевой мазью, на одном из рожек висел венок из ромашек, в когтях была зажата винная бочка с клеймом графа Мадераса.

Вокруг него на ковре, уставленном всевозможными яствами, вольготно расположилась целая толпа полуголых пьяных девушек разных цветов и рас. Блондинистая эльфийка соседствовала с чёрной, как смоль, баньши, косматая демоница пила на брудершафт с русалкой, а незнакомая рыцарю смуглая горбоносая девица самозабвенно целовалась с молодой тролльшей.