Драконы, рыцари и принцессы

А знаешь, как он здорово на этом старом бойане играет? Только одно не любит — если его пытаются раздраконить, тогда сразу жжот, учти.

— Учту, — пообещала принцесса. Она отпустила тролля, отвернулась, вытащила из кармана зеркальце и начала прихорашиваться.

— Гламурно, — заметил тролль, оглядывая чуть смятый, но всё ещё пышный наряд принцессы. — Это так в столице носят?

— Как ты сказал? — непонимающе обернулась девушка. — Гла... как?

— Гламурно. Ну, это значит, что по форме похоже на урну с гламом. Вон, у хозяина стоит около кровати.

— Стоп, — перебила его принцесса и сглотнула с отвращением на лице. — Не надо продолжать. Лучше скажи, здесь есть большое зеркало?

— Есть, конечно. Раскрой пацтал, внутри прямо на дверце присобачено, — тролль указал на непонятный предмет мебели в углу, чем-то напоминающий самого тролля — такой же массивный и грубо сбитый.

— Никогда такого не видела, — призналась принцесса, с сомнением косясь на рыжеватую глыбу пацтала.

— Обычный пацтал, а те, что по бокам, это два пацтула, — пожал плечами тролль.

— Странно тут у вас как-то... — протянула принцесса, обводя глазами комнату.

Из дупла настенных часов вместо птички выглянула маленькая чёрная киса, два раза сказала "ку-ку" и спряталась обратно. Со стола раздался приглушённый писк.

— Ай! — взвизгнула принцесса и спряталась за охранника.

— И ничего не ай, обычный сибь, — заметил он, поднимая за хвост крохотного, похожего на мышку, зверька. — Хозяин их почему-то терпеть не может, всегда кричит "Убей сибя, Апстену!". Апстену — это меня так зовут, я родом из Ацца, это посёлок троллей такой подземный. Мы, аццкие, все жалостливые, — ну, кроме моей тётки Сотоны; я сибей никогда не убиваю, в лес выношу и отпускаю. Вот если кагдила попадётся — другое дело, у неё зубы ужас какие ядовитые, против укуса только ниасилил и помогает, а это снадобье только маг Ржуни готовить умеет, поэтому дерёт за него страшные деньги.

— Какие интересные вещи ты рассказываешь! — зачарованно проговорила принцесса, хлопая ресницами.

Тролль приосанился, вытер мокрого зверька о густую шерсть, в изобилии покрывавшую его грудь, опустил сибя на пол, и тот с возмущённым верещанием юркнул в небольшую трещинку в скале. Девушка радостно захлопала в ладоши.