Дурная кровь

Он не знал, чего ждать от этих теней, но решил быть учтивым. – Я Бере Беренсон.

- Тебе послали сестры?

- Да, сестры Фрами и Лотара.

- Значит, им удалось спастись. – Аласси помолчала. – Мне радостно это слышать.

-Я пришел за Хейфа Ор.

- Ты нашел путь в день, который повторяется вечно, - Аласси вздохнула. – В день, когда мы умерли и не обрели покой. Ты сумел узнать истину о случившемся. Значит, ты именно тот, кого мы ждали все эти годы. Я чувствую в тебе дурную кровь, маг. Его кровь. Его безумие дорого стоило нам.

Для чего тебе корона Хейфа Ор?

- Чтобы освободить вас от обета, который вы дали.

- Ты не можешь разрешить от клятвы, данной нами Матери мира. Лишь в ее власти освободить нас.

- Я знаю. Но я хочу помочь вам. Ты же знаешь, мать Аласси, что Гедрахт освободит вас, когда корона окажется у меня вруках.

- Это так. Но за твоей спиной мне видится тень нашего врага. Он ждет, когда ты принесешь ему корону.

- Он не получит ее, мать Аласси.

- Рейно говорил так же, как и ты. Он был силен и отважен, он всем сердцем полюбил нашу сестру Инону, и мы поддержали его.

Мы думали, он поможет нам в войне, которая терзала нашу землю.

- Ты говоришь о войне с магами Мантэ?

- С пришельцами из Ванагрима, поставившими себе на службу всю черную мощь Чистой крови. С магами-оборотнями, магами-некромантами, магами-кровосмесителями. Теми, кто принес в Барию ужас и порабощение. Никто не смел им сопротивляться.

- С магами-оборотнями? - не выдержал Бере.

- Да, сила Чистой крови позволяла им менять обличье.

Их мощь была велика, и лишь сила Гедрахт противостояла на равных их гордыне и безумию. Герцог Мерсен охотился за нами, как за дикими зверьми. На его руках кровь десятков моих сестер. Он ненавидел нас за то, что мы боролись со скверной Мантэ всеми средствами. Потом пришел Рейно со своими воинами. Мы поверили ему, и он сокрушил с нашей помощью носителей скверны. Но власть портит людей. Рейно решил, что мы ему больше не нужны.

- Я не Рейно. Ты отдашь мне корону, мать Аласси?

- Да будет так.

Подойди и возьми ее.

Бере шагнул к алтарю. Запах крови ударил в ноздри, мага затошнило.

- Я не вижу короны, мать Аласси, - сказал он, глядя в разноцветные глаза жрицы Гедрахт.

- Это Ровальд, - Ясновидица нежно погладила волосы мертвого юноши на алтаре и, наклонившись, поцеловала его в лоб. – Раз в триста лет сама Гедрахт принимает женское обличие, чтобы сойти на землю, зачать и родить сына от смертного мужчины. Ровальд – сын Матери мира. Ее дар нам.