Изумрудный ЛуноМИФ

Это Арахна может думать, что гномы не знают, как его открыть, несвятая простота… а тем более, что понибудь может покопаться в их снах на сей предмет.

— Знала бы, какими грибочками эти бородатые сволочи свою брагу закусывают и из чего её варят, не полезла бы, — меня аж перекосило и я покрепче впилась копытокинезом в жесткую ткань ковра. — На полночи психоделические мультики бородатопохабного содержания и башка наутро, как царь-колокол, бр-р-р…

— Что может быть похабного в бороде?

— Смотря из какого места она растёт, и что эти извращуги с ней делают… — меня опять передёрнуло.

— Ладно, оставим гномьи фетиши за кадром, нас дети и Морданеус читают, им рано такое знать.

— Ну да, опять чересчур будет, — я отвлеклась на очередную попытку Арахны подловить Карфакса на выходе из пике. С моей помощью опять благополучно промазала, перепалка произошла лишь на вербальном уровне. — Сигнал!

— Подтверждаю, ворона с книгой уходит на бреющем, отстрелив пакет тепловых ло… то бишь какашек.

— Блеск. Моя очередь!

Всё та же обратная гравитация, мощный импульс. Арахну подбрасывает над ковриком, сбивая удерживающие чары, одновременно резкий переворот — теперь на ковре лечу я, а колдунья с воплем удаляется к земле. Вслед за ней летят дубина и гигантский орёл. Я было встревожилась… но Карфакса интересовала именно деревяха, а не добивание плюхнувшейся в речку стервозной великанши.

— Тьфу… тяжёлая, зараза… может, сразу сжечь лучше? Арахна последние силы потеряет, и дело с концом. Слышь, орлобус, на кой тебе эти дрова?

— А ну как утопнуть надумает? — Карфакс невозмутимо любуется булькающей в речке колдуньей. Та всплыла дохлым кракеном мордой вниз, распластавшись на воде, и теперь пускает пузыри.

— Заместо круга? Или добить по тыкве, шоб не мучилась? — хмыкнула ворона.

— Смотря по ситуации.

— А, ну-ну. Мы ж тут типа добро, да, карр! Что ты ищешь, Луна? Туман же отменять надо! — заглядывающая через плечо Кагги-Карр ткнула крылом в оглавление. — Вот оно.

— Отменим, но сперва… Я так поняла, у колдуний тут есть любимая забава, — пробормотала я, листая засаленные до окостенения страницы.