Изумрудный ЛуноМИФ

Что это за истукан?

— Говорят, он когда-то был обычным дровосеком, однако повздорил со склочной роднёй своей зазнобы, и те заплатили Гингеме, которая зачаровала его топор. Топор снёс бедолаге руки, ноги, потом разрубил пополам — но у него был друг, сбежавший из Фиолетовой Страны, захваченной Бастиндой, кузнец-волшебник Лестар. И кузнец сделал приятелю руки-ноги и прочее из железа, но затем топор отрубил дровосеку голову. Видать, не шибко-то она ему была нужна, раз дровосек просто не выкинул эту колдунскую железяку и не пришиб ведьму, да и то, что друг исхитрился сделать ему взамен железную башку, говорит о многом.

— Нельзя так просто взять и выбросить заколдованную вещь, Кагги-Карр, — я с сочувствием посмотрела на железного человека. Надо ж было так влипнуть. И новое имя — Бастинда… Возьмём и её на заметку. — По крайней мере, созданную во зло.

— Может, и так, — ворона пожала крыльями. — Ты у нас фея, тебе виднее. Но мозгов у дровосека уж точно не прибавилось, потому как вбил он себе в голову, что без сердца в груди не может любить.

Помучился он, помучился, да и бросил девушку. Лестар, так и не сумев его переубедить, плюнул, сам взял в её в жёны и увёз к Подземным Рудокопам, подальше от Гингемы и дурных родственников. А Железный Дровосек ещё повздыхал, но тут его кто-то надоумил идти в Изумрудный Город и просить у Гудвина новое сердце.

— И что? Гудвин его заколдовал?

— Не-а. Просто попал под ливень, а маслёнку забыл дома, — фыркнула ворона. — Так с той поры здесь и торчит, Лестар ведь уехал, а местные обходят десятой дорогой, чтобы не разозлить Гингему, они считают, что ливень — её рук дело и боятся за свои поля.

Кстати… А куда ты Страшилу дела?

— Отправила к одному… знакомому, он про него позаботится. — Я задумчиво рассматривала памятник коррозии, слабоумию и отваге.

Сверкал, возможно, ожидая нового владельца, лишь топор, хранимый дремлющим в нём злым чародейством. Нет уж, мало ли кому он достанется и куда заведёт. Лично меня аж мутило от близости груды хладного железа, пусть и ржавого.

Тот кузнец был и впрямь великим умельцем… жаль, что его умения пошли лесом по чужой глупости.

— Если не пустит на растопку с перепугу, карр! — ворона вроде слегка обеспокоилась. — Скажи, куда ты его отослала, я присмотрю.

Услышав про Урфина, Кагги-Карр призадумалась, затем убеждённо сказала:

— Споются, точно! Но я слетаю, проверю. Бывай, Луна! Осторожнее в лесу, если пойдёшь низом, там водятся всякие чудища.

И умчалась.