Хорошо забытое старое

Какой-то шустрый, но уже изрядно пьяный юнец попытался схватить Дюймовочку за руку и сдёрнуть её вниз, в круг танцующих на листе среди посуды. Однако бдительная свекровь отвесила ему такую оплеуху, что нахал полетел в воду вниз головой и просидел остаток вечера по плечи в ряске, тупо шевеля раскрытыми губами.

— А теперь — мой первый подарок молодым! — Жаба-мать одним взглядом оборвала музыку, подбоченилась и гордо обвела гостей глазами. — Сегодня нас весь вечер будет развлекать "Кваншлаг"!

Гости, выпучив глаза, радостно завопили и застучали ложками по столу.

Богато разодетая жаба не первой молодости забралась на пенёк, стоявший недалеко от линии воды, и растянула углы рта в радостной улыбке. Выдав пару слабых претензий на шутки, она сложила губы трубочкой и утробно загукала.

Через короткое время её сменил худосочный жаб среднего возраста. С серьёзным видом он пробормотал несколько малопонятных отрывистых фраз, получил свою долю аплодисментов и уступил своё место другим двум артистам, наряженным престарелыми жабами.

Зелёный принц немного выждал, выбрал подходящий момент, когда мать отвернулась, и, через силу сглотнув, зашептал:

— Не переживай, я ведь всё... всё понимаю. Пусть только немного уляжется — я обязательно помогу тебе бежать!

— И не думай, — тут же прошипела старая жаба, не переставая хихикать над несшимися с пенька сальностями. — Знаю я твою романтическую натуру. С первого дня ворон наняла посменно. Попробуй, упрыгай вон за ту ольху...

— Тогда я обещаю, я... я клянусь, что сделаю всё, чтобы тебе здесь было хорошо! — со слезами на глазах продолжил принц уже в полный голос, теребя перепонку между пальцами и глядя с вызовом на мать.

— Меня преподаватель учил йодли исполнять, я тебе спою обязательно, и плавать научу, и свою коллекцию мушиных брюшек покажу, можем вместе собирать... Я буду тебя развлекать по-всяческому, буду за тебя всю домашнюю работу делать, и наших головастиков буду сам... Ой...

Девочка спрятала лицо в ладонях и тихо заплакала. Свекровь притянула её к себе за плечо и начала покровительственно поглаживать по голове.

— Ну-ну, милочка. Не расстраивайся так, — сказала она мягко, нависая над Дюймовочкой. — Думаешь, мне было легче? Я сразу ощутила, что мне тут своей не бывать, с первого дня, когда совершила этот дурацкий перелёт с утками. Поверила им по молодости, что где-то в мире есть чистые пруды, прозрачные горные речки, тёплые моря с множеством вкусной мелочи у единственного берега... Оказалось, везде одно и то же болото.