Не всё коту похмелье (Средизахолустье-1)

Та в ответ вытянула руку (при этом её груди так красиво поднялись), и шар пламени отскочил к старухе. Та напряглась, вытаращив глаза, и отослала шар Касе.

Так они продолжили играть в пинг-понг ещё пару минут, как вдруг шар, находившийся ровно посередине стал раздуваться. При этом глаза и у Каси, и старушенции стали огромными, как у стрекоз в разгар брачного периода, и они согласованно направили шар вверх. Где-то в высоте мини-солнце превратилось в сверхновую, а колдуньи продолжили дуэль.

Старушка, словно женская версия Палпатина, отправила в сторону Каси молнию, но та отклонила её, отправив в ответ свою молнию.

Колдунья вытянула руку и поглотила заряд. Кася принялась осыпать её молниями, но старая карга активно защищалась.

Внезапно я почувствовал, как об мою ногу кто-то трётся. Я скосил глаза вниз и увидел небольшую чёрную кошечку с четырехугольной белой звездой во лбу. Она ластилась ко мне. Я помнил, что Кася запретила мне двигаться, но котейку-то потискать – дело святое.

Я наклонился к кошечке и почесал её за ухом.

Кошка довольно вытянула морду и замурлыкала.

А старушенция внезапно как будто подавилась. Кася достала её своей молнией, и она повалилась на колени. От её тряпья, которое она носила вместо одежды, пошёл дым. Кася вновь ударила молнией, и ведьма прямо на наших глазах обратилась в пепел, который тут же развеялся по ветру.

Кася рухнула на колени, но нашла в себе силы улыбнуться мне. Я подошёл и помог ей подняться. Вместе мы добрались до крыльца и уселись, отдыхая.

Точнее, отдыхала Кася, а я беззастенчиво её разглядывал. Впрочем, волшебница была не против.

– Спасибо, – произнесла она. – Я твоя должница, – и подмигнула. – Сейчас отдохну и отдам долг. Заодно подзаряжусь.

Я улыбнулся в ответ и спросил:

– Кто это был?

– Мы называем их отшельницами. Рано или поздно любой колдунье или волшебнице приходит время умирать. Если она не хочет этого, то она может отсрочить свою смерть. Для этого ей надо связать свою жизненную силу с каким-нибудь животным или предметом.

Говоря на нашем языке, она должна назначить маскота или тотем. И теперь её жизнь зависит от выбранного существа или вещи.

– Но ведь животное может умереть, а вещь – сломаться?

– Да, но, допустим, в кошке, птичке или какой-нибудь книжке поддерживать жизнь гораздо проще, чем в собственном огромном теле. Правда, за это следует расплата: отшельница быстро стареет, а также утрачивает разум. Вскоре у неё не остается никаких мыслей и желаний – одни инстинкты.