Не всё коту похмелье (Средизахолустье-1)

– Это ещё кто? – изумился Тирианд.

– Это наш младшенький, Рор, – пошутил я. – Да не дрейфь, девчонка, он за нас.

– Как дела? – спросил, подойдя, Рор.

– Видишь ли, – съязвила Олли. – У нас небольшие проблемы. Экспресс взорвался и теперь эти люди нас ненавидят. Видимо, они хотят нас убить.

– Да ну? – Рор присоединился к нашему построению. – Пусть рискнут!

Толпа шумела и выкрикивала лозунги, явно антинашенской направленности.

– Что будем делать? – нервно поглядывая на толпу, спросила Олли.

– Идей нет, – сознался я.

– А у меня есть! – проговорил, усмехаясь, Тирианд.

– Какая?

– В атаку! – заорал братец и ринулся на толпу. Но тут же был встречен кучей вил, ножей, вил и топоров. Отскочив от собрания столь большого количества режущих садовых инструментов, он вернулся к нам и сказал: – Ну, тогда идей нет.

Из толпы отделился некий человек. В темноте было сложно разглядеть его лицо, но он был одет в роскошный зеленый камзол, высокие сапоги, а на голове находилась шикарная широкополая шляпа, которую мне тут же захотелось прикарманить.

– Чужеземцы! – обратился он к нам старческим надтреснутым голосом. – Вы принесли в наш город только смерть и разрушения!

– Погоди! – перебил я. – Сколько людей-то погибло, если все горожане были в таверне?

Старик замолк, затем повернулся к толпе и что-то у них спросил. Толпа загудела.

– Ну ладно, – старик повернулся к нам. – Вы принесли в наш город только разрушения и сплошные убытки! Смерть вы не принесли...

– Ну, не совсем, – проговорил мой брат на ухо, но я только отмахнулся.

– По закону нашего города за нанесение такого ущерба вы должны будете отработать десять лет на медных шахтах! Приговор вступает в силу немедленно и обжалованию не подлежит!

Толпа загудела, ощетинилась сельхозинструментами и начала медленно сжимать кольцо.

– Тири, я думаю, пора, – проговорила Олли.

– Только Рора придётся оставить, я его не унесу, – сказал брат.

– Что вы хотите сделать? – удивился я.

– Как всегда, драть когти! – проговорил Тирианд и сбросил свой сине-чёрный плащ на землю.

Высота была не очень большая, метров пять-шесть от земли, но этого хватило, чтобы улететь от разъярённой толпы. Мы пролетели над Кримсом, наглядевшись на разрушения, хоть и невольно, но всё же сотворёнными нами.