Первоочередной

От таких лучше держаться подальше при любой возможности. Но сейчас у прислужника такой возможности не было. Тем более, что ему до сих пор ничего не ясно. А это, между прочим, пугает.

– Здравствуйте, кхм… главный. – Горло ещё побаливало, и голос прозвучал хрипло.

– Итак, – не ответил на приветствие чинуша и, сохраняя поразительное равнодушие, взял из стопки бумаг верхний листок. – Дай-Бай, двадцати пяти лет от роду, капрал левого фланга десятого пехотного взвода армии Злободуна.

“Вот как меня зовут, – обрадовался воин.

– Участвовал в набегах на города по всему восточному побережью Конфедерации, в числе которых: Крепководск, Пейтеромск, Алычёвск, Хлебореск, Маслопупск, Штурмовайск, Василиск и Котесса.

– Наверное, – робко ответил воин. – Не припомню.

– Конечно, этих набегов были сотни.

– Похоже на то, – смутился Дай-Бай.

– Убит пятого числа прошлого месяца на Поле Брани неким Натахталом, предводителем повстанцев…

– Не понял.

– Убит, говорю, – чинуша тяжело вздохнул. – Пятого числа прошлого месяца на Поле Брани неким… хм, а здесь написано иначе. Вроде как самим Злободуном. Ничего не понимаю.

Главный уселся и начал сосредоточенно изучать документацию, активно сморкаясь в платок, который всего секунду назад торчал из его нагрудного кармана.

– Позвольте узнать, кто вы такой? – выдержав небольшую паузу, спросил Бай.

– Начальник Царства Мёртвых, – мимолётно бросил чинуша, словно это было чем-то обыденным, не требующим особого внимания.

– Кто-кто?

– Так, уважаемый, – главный посмотрел на воина в упор, чуть не раздавив того взглядом. – Здесь вопросы задаю я.

– В смысле?

– Вы ещё не поняли?

Чинуше редко попадались такие люди – у которых прозорливость хромает. Чтобы завладеть их вниманием, приходится возвращаться к своему естественному воплощению, а это процедура не из приятных. Одна генерация дополнительного мяса сжирает столько сил, что потом и кабана живьём проглотишь.

Главный посмотрел Дай-Баю прямо в глаза, чтобы сделать свою метаморфозу ещё более впечатляющей.

Его тонкое мерзопакостное лицо поплыло, как подтаявшее бланманже, тело существенно увеличилось в размерах, и одежда, разумеется, порвалась. Кабинет в то же время переживал свою трансформацию, в конце концов оказавшись такой же частью пещеры, как и всё остальное: одни камни да земля вокруг.